«Дыши, – сказала себе Шаллан. – Медленно. Ровно».
Было нелегко.
– Не думаю, что вы так поступите, светлорд.
Он поднял тростинку и дунул одним резким движением. Дротик глухо ударился, воткнувшись в стену.
– И почему нет?
– Потому что вы не кажетесь мне человеком, который выбрасывает что-то полезное.
Она кивнула на сувениры в стеклянных коробочках.
– Ты считаешь, что можешь оказаться мне полезной?
Шаллан подняла голову, встретившись с его пристальным взглядом.
– Да.
Он не отвел глаз. В очаге затрещало.
– Прекрасно, – наконец произнес мужчина, повернувшись к камину и снова взяв бокал. Он продолжал держать тростинку в одной руке, а выпивку в другой, стоя спиной к Шаллан.
Девушка почувствовала себя марионеткой, которой обрезали нити. Она с облегчением выдохнула и с трясущимися коленями села в одно из кресел рядом с обеденным столом. Дрожащими пальцами достала носовой платок и, сдвинув шляпу, вытерла лоб и виски.
Когда она прервалась, чтобы убрать платок, то обнаружила, что кто-то занял сиденье рядом с ней. Шаллан даже не увидела, как человек приблизился, и чужое присутствие заставило ее вздрогнуть. На лице низкорослого, загорелого незнакомца было что-то наподобие туго натянутой панцирной маски. Фактически это выглядело как... как будто кожа каким-то образом начала прорастать по краям маски.
Узор из красно-оранжевых кусочков панциря, похожий на мозаику, придавал бровям выражение гнева и ярости. Пара темных глаз, притаившихся под маской, рассматривала ее не мигая. Невыразительный рот и подбородок оставались открытыми. Мужчина... нет, женщина – Шаллан заметила намек на грудь и очертания верхней части тела. Ее сбила с толку открытая безопасная рука.
Шаллан подавила смущение. Женщина носила темно-коричневую одежду, простую, перевязанную на талии замысловатым поясом с кусочками панциря. Четверо других людей были одеты в более традиционную для алети одежду и тихо переговаривались недалеко от очага. Высокий мужчина, который допрашивал ее, больше не разговаривал.
– Хм, светлорд? – позвала Шаллан, посмотрев в его сторону.
– Я размышляю, – ответил он. – Я рассчитывал убить тебя и выследить Тин. Можешь сказать ей, что она не пострадает, придя ко мне, – я не сержусь на то, что ей не удалось получить информацию от Джасны. Я нанял человека, больше, по моему мнению, подходящего для задания, и взвесил риски. Холин мертва, и именно этого должна была достигнуть Тин любой ценой. Не могу похвалить ее за работу, но я доволен. Однако решение не встречаться со мной, чтобы не объясняться лично, – от такой трусости мне тошно. Она прячется словно дичь.
Мужчина отхлебнул вина.
– Ты не трусиха. Она прислала ту, кого, как она знает, я не убью. Она всегда была умна.
Великолепно. Но что это означало для Шаллан? Она нерешительно поднялась с кресла, желая оказаться подальше от странной маленькой женщины с немигающими глазами. Шаллан воспользовалась шансом исследовать помещение более детально. Куда уходил дым от очага? Они прорубили дымоход так глубоко сюда?
На стене справа располагалось гораздо больше трофеев, в том числе несколько огромных гемсердец. Все вместе они, похоже, стоили больше, чем целое имение ее отца. К счастью, камни не были заряжены штормсветом. Даже неограненные, они, вероятно, могли светиться достаточно ярко, чтобы ослепить. Также там висели раковины, которые Шаллан могла определить лишь смутно. Этот клык, наверное, принадлежал белоспиннику. А та глазница по структуре пугающе напоминала череп сантида.
Другие диковины ее озадачили. Пузырек со светлым песком. Пара толстых шпилек. Локон золотистых волос. Ветка дерева с письменами, которые она не смогла прочесть. Серебряный нож. Необычный цветок, законсервированный в каком-то растворе. Не было табличек, поясняющих, что это за сувениры. Кусок бледно-розового кристалла выглядел как разновидность драгоценного камня, но почему он такой хрупкий? Куски отслоились от него в коробку, как будто кристалл разрушился от простого помещения его внутрь.
Шаллан нерешительно шагнула ближе к задней части комнаты. От огня поднимался дым. Он закручивался и извивался вокруг предмета, подвешенного к верху очага. Драгоценный камень?.. Нет, фабриал. Он собирал дым, как веретено накручивает нить. Она никогда не видела ничего подобного.
– Ты знаешь человека по имени Амарам? – спросил покрытый шрамами мужчина в белом.
– Нет, светлорд.
– Можешь называть меня Мрэйз. Как тебя зовут?
– Вейль, – ответила Шаллан, использовав имя, с которым она забавлялась.
– Прекрасно. Амарам – Носитель Осколков при дворе кронпринца Садеаса. Также он – моя текущая цель.
Сказанные подобным тоном слова заставили Шаллан задрожать от услышанного.
– И чего вы хотите от меня, Мрэйз? – Она попыталась, но не смогла произнести его имя правильно. Оно не было воринским.
