Жорж Ромэ в течение более тридцати лет слушает рассказы о сновидениях своих пациентов в рамках терапии методом «свободного сна наяву», расшифровывает «лексику» и «грамматику» символического языка, чтобы понять их терапевтическую силу. Книга содержит перечень и символический анализ образов, наиболее часто порождаемых воображением сновидца. Она является незаменимым помощником не только для психотерапевтов, но и для любого читателя, желающего раскрыть смысл своих наиболее интимных сновидений.
Georges Romey
DICTIONNAIRE DE LA SYMBOLIQUE DES R^EVES
«Словарь символики сновидений» содержит ответы на те же вопросы, на которые в свое время я пытался ответить в моей работе «Ключи к сновидениям», хотя ее содержание сегодня вызывает у меня улыбку. Как и эта работа, словарь должен удовлетворить любопытство относительно значения образов, возникающих в наших сновидениях. Что означают эти фантастические видения? Содержится ли в них какой-либо смысл? Может ли их интерпретация помочь нам понять самих себя? Объяснить причину частых приступов тоски, мешающих нам наслаждаться жизнью? Сможет ли это объяснение устранить постоянное напряжение, приводящее нас к болезни?
Мир – это огромная книга с картинками. Одни картинки нас успокаивают, если мы считаем, что они отражают так называемую реальность. Другие картинки вызывают у нас беспокойство, если нам кажется, что они отражают лишь некую видимость, – невероятные картинки, в которых наше сознание обнаруживает некое скрытое содержание и увлекает нас в обычно скрытую область реальности.
Каждый образ, увиденный нашими глазами, представляет собой некий ценный ориентир в окружающем нас мире, и в то же время он всего лишь крошечный лоскуток в
Первый тип реакций касается нашего существования в так называемой конкретной, ощутимой, объективной реальности. Эти реакции позволяют нам идентифицировать животное и отреагировать на него соответствующим и логически объяснимым способом. В зависимости от места встречи, от конкретных обстоятельств и свойственного нам отношения к данному животному его вид вызовет у нас удовольствие, умиление, безразличие, раздражение, опасение, агрессивную реакцию и т. д. Этот тип реагирования интегрирует образ кошки в сферу ценностных значений сознания, которыми оперирует логическое мышление для реализации поведенческих актов – как самых элементарных, так и наиболее значимых. Во всяком случае, именно этот тип реакций заставляет нас верить в исключительно важную роль нашего мышления.
Второй тип реагирования функционирует параллельно, подобно некоторым оккультным правящим силам, чье скрытое влияние представляется тем более эффективным, чем менее оно открыто. Этот тип реагирования, уверенный в своей власти, охотно оставляет на долю сознательного мышления иллюзорное представление о том, что оно управляет жизнью человека! Он действует посредством незаметных воздействий в рамках простых повседневных обстоятельств, тем не менее принципиально значимых для принятия важных жизненных решений. Данная структура реагирования – это, конечно же, область содержания бессознательного, символического, короче говоря, область, где каждый образ может представлять собой некую проекцию.
В случае с кошкой, в то время как наш разум обнаружил всего лишь хорошо знакомое четвероногое животное, этот образ хищника из семейства кошачьих одновременно вызвал к жизни ассоциативную цепь ощущений, включающую в себя понятия гибкости, предрасположенности к изменению, пластичности поведения, женственности, таинственности, – короче говоря, открытости для принятия психологического изменения. Напрасно разум будет пытаться собрать множество логических объяснений притягательности или отторжения образа кошки, ему не удастся изменить глубоко укоренившиеся чувства: эти реакции, вызванные данным образом, отражают предрасположенность или сопротивление психологическому изменению.
То, что происходит в случае с кошкой, происходит и в отношении каждого из сотен образов, с помощью которых может быть представлен наш «видимый» мир. Действительно, если возможное количество сочетаний всех форм и цветов, существующих в этом мире, представляет собой миллиарды различных вариантов, то число основных элементов, которыми обычно оперирует наше воображение, равно всего лишь двум тысячам активных символов. Читатель все же может испытать головокружение, представив себе, что за занавесом конкретных изображений постоянно работают скрытым от нас образом сотни секретных «агентов», определяя то, что мы должны испытать!
Однако если мы согласимся, что образ не сводится лишь к видимому нами, а является одним из наиболее важных творцов нашей психической активности, то он откроет для нас удивительный мир. Мы встретим в нем союзника, достойного доверия. Настоящие ценности, которые станут нам доступны, не только не осложнят наше видение мира, но позволят нам увидеть его ясную и гармоничную организацию.
