Последнее предложение Будогосту больше понравилось. Запрет торговли солью в словенских землях мог привести в чувство закусивших удила шелонских сударов. Да и вопрос с обиженным Буревоем надо было как-то решать, но только не за счет уступки земель.
– С него и нашего отказа от пятидесяти гривен дани хватит, – наставлял словенский князь зятя, решив все же отправить его на переговоры с Буревоем. – Но замириться с ним обязательно надо или хотя бы оттянуть войну. К лету великий князь[20] Мстивой обещал прислать варягов.
Псковский старшина Лютша встретил посланца Будогоста настороженно, но обещал дать проводника и свежих лошадей для поездки в Изборск. А вот говорить с ним о замирении отказался и не стал рассказывать о неудачной попытке убедить зятя окончательно отделиться от словен. В конце того разговора Буревой даже обвинил тестя в трусости.
Так ничего и не добившись от Лютши, Радослав, переправившись по льду Великой на противоположный берег, поехал в Изборск, находившийся в дне пути от Пскова. Носившее имя его основателя городище располагалось в центре кривичских селений, обеспечивая их безопасность от чуди и зелонов.
Буревой встретил гостя на удивление приветливо, но, когда Радослав рассказал о цели приезда, настроение изборского князя резко изменилось.
– Это тебя тесть ко мне подослал? – поинтересовался он подозрительно.
– Меня направил к тебе Будогост. Словенский князь хочет жить с тобой в мире и согласии…
– Для меня он не князь, и договариваться с ним я не буду, – оборвал посланца Буревой. – О чем говорить с обворовавшим тебя негодяем?
– Но ведь его утвердили словенские судары и старшины, – напомнил Радослав.
– Я не признаю результата того собрания, так можешь и передать моему дальнему родственнику. Разговор окончен, и советую быстрее покинуть мои земли.
Когда посол Будогоста ушел, изборский князь позвал воеводу Ивара и приказал проследить за отъездом гостя. А еще поинтересовался, не появился ли кто из чудских старшин, которых он просил срочно приехать. Чудские племена уже давно платили ему дань, но никогда еще не привлекались к военным походам.
– Если кто подъедет, сразу веди ко мне…
Глава четвертая
Попытка Твердомира договориться с шелонскими сударами тоже провалилась, и Будогосту ничего не оставалось, как опять собирать словенских сударов и старшин. Затевать войну с Буревоем без их одобрения князь не решился, да и сил у него для этого не было.
Однако большинство словенской знати не поддержало Будогоста и отказалось воевать с изборским князем.
– Вот если Буревой сам на нас нападет, тогда другое дело, – подытожил за всех противников войны с кривичами Ладомир.
– Ты считаешь, он не вступится за шелонских сударов, один из которых его двоюродный брат? – напомнил вельскому судару Радослав.
– А зачем нам их трогать? Не хотят признавать Будогоста князем, пусть и не суются сюда со своей солью, – неожиданно заявил судар Всемысл. – Быстро одумаются.
Его предложение словенская знать поддержала почти единодушно. Многие из собравшихся сами занимались солеварением, и устранение конкурентов было им только на руку. Да и не верилось никому, что изборский князь решится напасть на словенские земли.
– Хорошо, будь по-вашему, – неохотно согласился Будогост, поняв, что дальнейшие уговоры бесполезны. – Я пошлю людей перекрыть путь с Шелони, но попрошу в случае нападения, не мешкая, выступить на помощь.
Возглавить шелонский отряд словенский князь попросил Твердомира, передав под его начало три десятка княжеских дружинников и сорок набранных Ратшей среди древян новобранцев. Воинами их можно было назвать с натяжкой из-за плохого вооружения, но Будогост посчитал, что для выполнения такой задачи они сгодятся.
– К лету пришлю еще полсотни, – пообещал двоюродному брату князь, заметив на его лице сомнения. – А пока вместе с твоими людьми сил должно хватить. Тамошних сударов не задирай, но все телеги и ладьи их заворачивай. Эти ублюдки должны понять, что путь сюда им теперь заказан.
– А чем я буду людей кормить?
– Тиун Стоян выдаст тебе продовольствия на месяц, и вот еще сто кун для закупки продуктов. Думаю, твой свояк продаст зерна и мяса, хоть и отказался признавать меня князем.
Твердомир почувствовал в этих словах упрек, но промолчал. Он и сам был сильно удивлен, когда Станибор наотрез отказался считать Будогоста князем. Каких только гадостей они тогда не наговорили друг другу. Поэтому встречаться с ним мстинскому судару совсем не хотелось.
Свой лагерь на Шелони Твердомир устроил неподалеку от места впадения в нее реки Мшаги. В округе находилось много солеварен, и появление рядом военного стана очень не понравилось шелонским сударам. И вскоре в гости приехал Станибор.
–…Смотрю, ты решил здесь всерьез укрепиться? – поздоровавшись с родственником, кивнул свояк на кучу заготовленных для стен палисада бревен. – А ведь тут наша земля.
– Нынче это вопрос спорный, – ответил Твердомир, стараясь говорить как можно спокойнее. – Эту землю вы получили от словенского князя, которого теперь отказались признавать.
– Будогост собирается ее отобрать?