– Генерал Питерс, расписавшись на рапорте, направил его в судебно-адвокатскую службу, которая, в свою очередь, посоветовала взять контроль за этим делом на себя. Судебно-адвокатская служба согласилась с майором Харпер, что расследование следует начать по статье 32-й. Генерал Питерс того же мнения.
– Слишком много согласных. Надеюсь, и то и другое эти согласия не реакция на давление командования? – заметил Корва.
– Давление со стороны командования было бы незаконным действием, мистер Корва. Этот вопрос целиком и полностью будет решен по существу.
– Неужели? И все-таки решение не закрывать это довольно слабое дело не результат ли в некотором роде подспудного давления командования? Другими словами, назовем источники этого давления, фамилии можно не упоминать, – министры обороны и юстиции, генеральный прокурор, генеральный атторней и президент Соединенных Штатов. Очутись я на месте генерала Питерса, я бы, услышав эту барабанную дробь, покорно зашагал бы под нее.
Наконец Левин раскурил сигару и затягивался до тех пор, пока на конце не замерцал красный огонек.
– Это серьезное заявление, а я не тот человек, который хочет слышать это.
– Конечно, не тот, – спокойно сказал Корва, – пока я не изложу сказанное в письменной форме и не пошлю всем, кого я перечислил. Не будете ли вы так любезны передать мои мысли генералу Питерсу?
– Если вы так хотите. – Левин подвинул на край стола лист бумаги. – Вот здесь приказ о слушании дела по статье 32-й. Процесс, как вы видите, назначен на девятое сентября, и этот временной отрезок дает вам возможность отыскать дополнительных свидетелей для своей защиты, если они существуют. Трибунал соберется здесь, в Форт-Гамильтоне, на втором этаже офицерского клуба в зале Джексона. Слушание дела будет проводиться при закрытых дверях. Вопросы есть?
Тайсон посмотрел в лицо каждому, потом ответил:
– Никак нет. – Он передал Корве бумаги.
Прежде чем положить документ в кейс. Корва внимательно изучил приказы о созыве суда, затем обратился к подполковнику:
– Я бы хотел передать еще одно замечание генералу Питерсу и его службе, а именно – обвиняемый обладает особым правом согласно военному законодательству просить у армии поддержки от своего имени. Следовательно, если мы приступаем к официальному расследованию и слушанию дела, я хочу, чтобы армия за свой счет продолжила поиски местонахождения потенциальных свидетелей и помогла обвиняемому в предпринятых попытках завершить это дело.
– Я передам вашу просьбу властям, – успокоил его Левин. Он бросил взгляд, полный немой укоризны, капитану Ходжезу, потом встретился глазами с Корвой. – Вот мой совет лейтенанту Тайсону и вам. Если вы считаете, что бывшие солдаты взвода пойдут в свидетели, чтобы защитить вас, вы сами должны приложить усилия в их розыске.
– Я не сомневаюсь в том, что они это сделают, – ответил Корва с вызовом. – Я уверен, что правительство использует значительную часть ресурсов, чтобы помочь мне найти их, и что правительство в интересах правосудия сделает это с тем же рвением, с которым доселе вело данное дело. Ну а если они откажутся, я намерен предпринять соответствующие шаги, чтобы дело закрыли. Я напишу свою просьбу в письменной форме, а вы, пожалуйста, передайте ее генералу Питерсу.
Левин попыхивал сигарой.
– Еще что-нибудь, мистер Корва?
– Нет, подполковник.
Зажужжал селектор, и Левин лениво нажал на кнопку. Прослушав сообщение, поделился с капитаном Ходжезом:
– Сержант Уолтон ждет, чтобы мы подписали приказы. Нам нужно сделать пятиминутный перерыв.
Ходжез поднялся с места и стремительно вышел из кабинета.
Левин навалился тяжестью всего тела на стол.
– Какая ложь, а, Тайсон?
Неожиданное изменение манеры и голоса подполковника застало Тайсона врасплох. Он поддакнул:
– Так точно. Настоящая ложь.
– Приберегите свое юридическое красноречие для слушания дела, – упрекнул Левин Корву. – У меня от вас разболелась голова.
– А у меня она давно болит, – улыбнулся тот.
Левин снова взглянул на Тайсона.
– Закуривайте.
Тайсон отказался. К нему в голову вдруг закралась мысль, что Левин нарочно спровадил Ходжеза из комнаты.
Подполковник, нехотя вздыхая, обратился к Тайсону:
– Вы понимаете, что это моя работа?
– Безусловно, – осмелел Бен. – То же самое я говорил людям, которых пропесочивал.
Корва искренне рассмеялся.
Левин хотел было рассердиться, но вместо этого мрачно усмехнулся:
– Помните об этом до конца срока службы.
– Слушаюсь.
– Подполковник, – вставил Корва, – я бы хотел, чтобы вы, как непосредственный командир Тайсона, охарактеризовали его: это может повлиять на вынесение приговора.
Левин пожевал в раздумье сигару.
– Думаю, до этого не дойдет. Однако если все-таки это произойдет, примут ли во внимание присяжные наше недолгое сотрудничество с лейтенантом Тайсоном.
– Считаю, что присяжным было бы небезынтересно узнать, что лейтенант Тайсон добросовестно выполнял свои служебные обязанности здесь, в Форт-Гамильтоне. Так да или нет, подполковник?
Тот положил сигару на бортик пепельницы. Глядя в глаза Корве, он что-то обдумывал.
