Стоп-стоп-стоп, это не по сюжету. Даже те дары, кто только что воодушевленно требовал высшей меры, притихли. Лисс — профессионал, хоть и давно «на покое», и ей с самого начала было очевидно, что рассуждения на тему «повесить или четвертовать» вовсе не имели целью довести пьесу до похорон главного героя. Разыгрывался классический средневековый балаган на тему «справедливый монарх и верные его вассалы». Действие первое: плохой Медео оскорбил и опозорил. Действие второе: охваченные праведным гневом лорды кровожадно требуют жестокого наказания. Действие третье: великодушная государыня прощает ослушника, под этим соусом охваченные праведным гневом лорды (из второго действия) выцыганивают разного рода бонусы у лорд-канцлера оной великодушной государыни, который одновременно является ослушниковым старшим братом. Всеобщее ликование, все пляшут и поют. Занавес.
Не тут-то было. Ситуация явно выходит из-под контроля. Медео волокут к выходу, Дар-Пассеры легко и непринужденно обнажают мечи, королевский герольд возникает из ниоткуда с лицом в меру торжественным и траурным. Ой-ей-ей, не хотелось мне, а придется. В лучших традициях.
— С землей сровняю! Чтобы никто! Никогда! — надрывается венценосная истеричка.
— Ну, хватит, все уже. Заткнись. Ты мне надоела, — Лисс неожиданно отделяется от стены и вступает в факельный круг света. Все дары поворачиваются к ней, выражение лиц труднопередаваемое: такие радикальные новшества в придворной стилистике явно произвели на них впечатление. Королева приподнимается во весь свой жалкий, по сравнению с Лисс, рост, глаза ее мечут молнии.
— Ты, землянка, мусор… безродная мразь, ничего не понимающая в наших обычаях…
— Моя дочь — наследница трона Дилайны. И одновременно невеста лорда Элджа — старшего брата этого охламона.
«Кияяяя! Ситийская нейтронная бомба, килотонн этак …зашибись. Эффект примерно эквивалентный», — удовлетворенно думает Лисс, разглядывая ошалелые физиономии лордов и окаменевшую мордочку королевы.
— И Его Величество, хоть он и занят сейчас другими делами, не будет доволен тем отношением, которое встречают здесь члены его семьи. У лорда Тона очень развиты родственные чувства.
Горгулья остервенело топчется возле трона. Тудыть-сюдыть, тудыть-сюдыть… Глупая, злобная, патологически недоразвитая девочка. Куда тебе против экс-членши Звездного совета с многолетним опытом распутывания (ладно, хорошо — и запутывания) медиевальных конфликтов. Не суетись. Сейчас мы за тебя примем решение, и уже пора расходиться. Я-таки должна выяснить, где шляется достопочтенный лорд Дар-Халем, чтобы его черти взяли! Поэтому делаем недипломатическое лицо и…
— На мой взгляд, обсуждение затянулось. А теперь отпустите нашего мальчика. И сядьте, ради бога, Ваше Величество. Стоять устанете.
Лисс почти физически чувствует, как в голове у королевы решается уравнение: верить-не верить, а если верить, то… только что она приказала казнить паршивого выродка, который немыслимым образом оказался родней
Властительница Аккалабата лишь однажды была удостоена видеоаудиенции у короля Тона. Мурашек и дрожи в коленках ей хватит теперь до самой смерти. Поэтому она едва заметно шевелит пальцами, и Медео чувствует, что ладони стражников уже не держат его за плечи. Он встает на шатких ногах, встряхивает крыльями и, ни слова не говоря, круто разворачивается на пятках. На Лисс он старается не смотреть.
Дорогу к двери преграждают тяжелые мечи Дар-Пассеров. Они опять проиграли, им все равно, надо идти ва-банк. Медео спокойно ждет, пока верховный лорд Дар-Пассер спускается по ступенькам от трона, топает коваными сапогами по ковровой дорожке, подныривает под перекрещенными мечами, упирается, широко расставив ноги, спиной в закрытую дверь.
— А меня отпустили, — лучезарно улыбается Медео, словно приглашая верховного лорда порадоваться вместе с ним. Тот держит паузу, высоко подбрасывает и ловит за рукоятку короткий тяжелый нож.
— Здорово, — одобряет Медео.
Нож исчезает в складках орада Дар-Пассера так же внезапно, как появился.
— Что будет с Эрлой?
— Эрла — моя жена. Я сам решу, что с ней будет. Судя по всему, она будет тихо и мирно жить у нас в замке. Насколько я понял, лорд Элдж не претендует на владения Дар-Халемов. Ему светит целая планета.
Дар-Пассер отлипает спиной от двери, смеется Медео в лицо.
— К вопросу о мусоре… Ты, правда, надеешься, что наследная принцесса Дилайны захочет иметь что-то общее с твоим непутевым братом? Она выкинет его, как рваную перчатку, как только отец призовет ее ко двору.
