Тетка-снайпер из Звездного совета покосилась строго и объяснила, что это обычай, что, мол, следование традиции для них важнее удобства, что удобство вообще, в современном понимании этого слова, дары считают категорией низменной и о нем редко задумываются. Живут другими интересами. Спецназовцы разъяснение покорно выслушали, но понять не смогли. За исключением аппанцев, которые, хотя в общем обсуждении участвовали, но в нежелании лордов прикупить по мировым ценам парализаторов и лазерных пушек ничего странного не видели. «Им, наверное, не нужно», — ситуация аппанцам представлялась абсолютно недвусмысленной. Хорошая планета. Лисс Аппу любила.
А вот к драгоценностям была совсем равнодушна. Предпочла бы пару томиков из королевской библиотеки. Компактный сканер приказал долго жить, не вынеся свалившейся на него тяжкой доли. Тем не менее, роскошный футляр с ожерельем и диадемой из рук лорда-канцлера приняла со всеми изощренностями аккалабатского церемониала. Лорды одобрительно переглянулись.
«Еще бы я вам не нравилась», — мрачно пробормотала Лисс, задом пятясь на свое место и переставляя ноги ровно в такт словам хранителя храма прекрасной Лулуллы пожилого толстопуза Дар-Фалько, провозглашавшего ей здравицу «под неусыпным взором зеленых лун Аккалабата». «Умение целенаправленно и ритмично пятиться — это первый семестр второго курса. Без этого умения делать тебе нечего у трона никакого монарха в этой Вселенной. Монархи и их высшие сановники обожают, чтобы от них удалялись в полупоклоне попой вперед, к выходу. Чему тебе, господин Краснов, никогда не научиться», — раздраженно резюмировала Лисс, наблюдая явление посла Краснова лорд-канцлеру.
Церемония, на взгляд Лисс, затягивалась. Окна почему-то были закрыты, и в зале становилось нечем дышать. Упитанный, с бычьей шеей хранитель храма даже порозовел настолько, насколько на это способны лорды Аккалабата. Он тоже явно тяготился придворным функционалом и, судя по тем взорам, которые высокородный Дар-Фалько бросал в сторону двери, подумывал о том, чтобы сбежать. Некоторые из молодых даров позевывали, спецназовцы переминались с ноги на ногу. Лорд-канцлер казался сделанным из железа. Каждому члену делегации вручал подарок, каждому говорил речь, выслушивал ответную, произносил этикетную формулу прощания и с неумолимой жестокостью предоставлял заключительное слово изнывающему дару Фалько. Тот тосковал уже откровенно.
— Глубокоуважаемый посол Краснов!
«Так, а это что еще за дипломатические новости? Уже всёёёёёёё! — внутренне возопила Лисс. — Мы уже кончились. В смысле члены делегации. Нас больше нет. Пусти воздухом подышать!»
Оживившийся было хранитель мощей Лулуллы снова сник. Он, видимо, хорошо знал своего лорд-канцлера и понимал, что живыми их сегодня не выпустят. Все умрем здесь со скуки, задохнемся и падем жертвами межпланетного сотрудничества.
— Мы бы хотели в знак нашего уважения преподнести также подарок начальнику вашей охраны.
— Могу я сначала увидеть этот подарок?
— Вот сейчас и увидите.
Краснов делает неопределенный жест, но непререкаемо и безукоризненно нарушающий церемониал лорд-канцлер уже вынимает из карманов плаща бархатную коробочку. На Земле в таких обычно хранят украшения. Или серебряные ложечки. Что в них кладут на Аккалабате?
— Это всего лишь сувенир, дань нашего уважения, — лорд-канцлер настойчиво подчеркивает «всего лишь», но лейтенант спецназа Антон Брусилов уже сделал шаг вперед, взгляд его прикован к коробочке так, что, кажется, он усилием воли может на расстоянии поднять крышку.
Лорд-канцлер словно понимает это и хочет подразнить, делает шаг назад, колеблется и, совсем уже выходя за этикетные рамки, смущенно замечает:
— Конечно, это не то, что пристало бы получить такому славному воину, но это все, что мы можем.
— Да давай же уже, не тяни, — у лейтенанта хватает выдержки не произнести этого вслух, но он знает, что лорд-канцлер знает, видит, что Лисс видит. Можно только догадываться, каких усилий ему стоит, чтобы рука не дрожала от нетерпения, когда изящные пальцы лорд-канцлера Аккалабата протягивают ему коробочку.
— Мне будет позволено открыть сейчас? (
— Я думаю, Вам следует это сделать, лейтенант. (
