- Как звали моего деда?
- Эльдар Даниярович. Он погиб, когда ты ещё не родился.
- Ладно...
Надевает на руку.
- Когда я смогу уйти?
Данияр взьерошивает короткие волосы, философски пожимая плечами.
- Понимаешь... У тебя только два варианта было изначально. Быть безотцовщиной, не иметь моей защиты, но быть свободным. Или, иметь отца, мою защиту, но жить в клетке. Я для тебя выбрал первый вариант. Потому что сам бы выбрал первый. Но... судьба, сука такая, все переиграла. И теперь... Я есть у тебя, а свободы нет.
- Да, блять! - психует Артем. - Нахрен ты мне сейчас?? Нахрен мне нужна была свобода в детстве?!
- Я тебя понимаю. Отпустить - не могу.
- И что теперь? - раздражённо пиная кресло, Артем стаскивает мою пачку сигарет.
Уходит в оранжерею.
- Мне кажется, отношения налаживаются, как считаешь? - скептически смотрит ему вслед Данияр.
- Закажи ребенку торт, - отворачиваюсь, чтобы бахнуть спиртного из бара в чай. - И придумай что-нибудь, чтобы можно было отпустить нас!
- А если я не хочу?... - мне в ухо. - Отпускать вас.
- Я испорчу тебе жизнь. Клянусь.
- Каким образом?
Стягивая с плеча белоснежный халат, иду с кружкой чая к двери. Выхожу босая, оставляя двери открытыми...
- "И тридцать витязей прекрасных, чредой из вод выходят ясных...", - ухмыляясь смотрю в глаза охране.
Бегло сожрав меня взглядами, вразнобой здороваются.
Щелкаю пальцами, вручая стоящему ближе свою кружку.
- Витязи, мне бы на сладенькое... - облизываю губы. - Такой вот большо-о-ой...
Развожу ладони, на автомате почему-то показывая внушительный размер Дана. Подумав увеличиваю в два раза.
- ...Торт! - цедит сзади Данияр. - Три яруса - шоколад, банан- суфле, клубника. Дизайн мужской.
Перебиваю его.
- И ещё, у меня дома есть кое-что, - накручиваю пояс на палец. - Это нужно привезти. Плоская подарочная коробка на шкафу. Это очень срочно.
- Сделаем, Маргарита Андреевна, - прокашливается старший, преодолевая хрипотцу в голосе.
- Вы уж... постарайтесь, - моргаю ему выразительно. - А я вас похвалю...
Подхватывая за талию, Дан уносит меня с глаз шокированной публики.
Бросает на кровать, приземляясь сверху.
- Я в твою вредную задницу засуну какой-нибудь бодрый вибратор. И буду включать, при каждой попытке склеить мою охрану. Чтобы ты подпрыгивала от остроты ощущений. И теряла дар речи.
- Аха-ха... Мне кажется, им зайдёт!
- Зараза... - придушивает.
Бросив взгляд на балконную дверь слезает с меня.
- Завязывай с этими играми. Я ревнив! Оказывается, - добавляет он задумчиво.
- Не смей меня присваивать.
- Ты же кайфуешь.
- Не путай... Секс - это секс. Плен - это плен. Не вижу ничего плохого в сексе. Но я хочу обратно свой реал. И самой решать кто и когда оказывается в моей постели.
- Ты вот эти темы прекращай. Не буди во мне...
Поднимаю с пола свой скальпель. Кладу в карман. Поправляю халат.
- Я тебе, женщина, предложение сделал, вообще-то.
- А я сказала "нет".
- Обоснуй?
- Ну, не хочу я в твой реал, Дан. Я кайфую от своего.
- А какой у тебя?.. - склоняет голову к плечу, внимательно глядя в глаза.
- Тебе не зайдет.
- Кто знает...
- Я тебя туда не приглашаю! Как минимум, из гуманности.
- Слушай... - прищуривается с угрозой.
- Слушаю.
- Я зайду без приглашения. Если захочу. Так что там? В твоём реале?.. Давай... - подгоняет он меня, бросая взгляд на часы, которых больше нет. - Мне ещё праздничный ужин заказывать сыну. Что там в твоей чокнутой голове с идеальными мужчинами?
- В моем реале, Дан... Близость у людей случается ни когда трахаешься всю ночь, а когда всю ночь разговариваешь. А секс, не повод для знакомства. Так яснее? С идеальными... Идеальный… Идеальный, даже зная, что ты бронебойный монстр, проверяет, не слишком ли горячий чай, перед тем как отдать кружку.
Горло перехватывает от горечи. Вздохнув, затыкаюсь. Зависаю взглядом в пространстве.
- Да ты вряд ли поймешь…
- А что - был идеальный? - ревниво и резко.
- Был...
- Кто? - ядовито. - Прямо, хочу найти, полюбоваться.
- Увы, не получится. Отец давно мертв.
Осаживается.
- У тебя хорошая версия реала. Принимается. Готовь свой рот.
- Рот? - дёргаю бровями.
- Поздравим младшего, будем разговаривать. Всю ночь...
Столовая в доме у Дана большая и царская, задрапирована темными шторами. С мягкими стульями цвета слоновой кости. В цвет огромному персидскому ковру. Золочёные вензеля, фрески...
Стол - овальный и длинный. Персон на восемнадцать.
Мы сидим на одном конце. Он - во главе стола.
- У тебя наполеоновские замашки, - оглядываю я интерьер.
- Совсем нет. Я, скорее, аскетичен.
- Заметно...
- Этот дом был куплен из соображений безопасного и удобного расположения. И достаточной площади для размещения моей маленькой армии. Я тут почти ничего не менял.
- Как давно ты здесь?
- Зачем тебе ответ на этот вопрос?
- Хорошо... - пожимаю плечами.
- Задай другой.
- Какой?
- Другой.
- Какой?
Сталкиваемся упрямыми взглядами.
- Например, ну не знаю... что я люблю.
- Мне неинтересно что ты любишь. Мне интересно только то, что люблю я.
- Эгоистка... - закатывает глаза.
- О, да.
- Как это едят? - мучается Артем с омаром.
- Давай... - двигаю к себе блюдо, вскрываю панцирь.
