Одним рывком мужчина отправил платье на землю, окончательно разорвав его. Руки Светомиры попытался бережно отвести назад, но она так вырывалась, что ему пришлось повалить ее на землю и прижать своим весом. В голове мелькнуло, что он уже проделывал с ней подобное раньше, и вот сейчас, он видел то, что хотел увидеть тогда — метку, и изможденное худобой тело. Кое-как задрав рубашку до груди, мужчина сел на ноги девицы, и наклонился над ее лицом.
— Все что мне надобно, я увижу, зла тебе не причиню, не мешай мне, либо руки связать придется. Наготы своей не смущайся, ни к чему это.
Светомира притихла на миг, и, как только Светозар отпустил ее руки, она закрыла ими свою грудь.
— Откуда обруч?
Ответа не последовало. Кожа вокруг него была воспалённая, хоть он и был обвернут какой-то тряпицей. Кое-где раны гноились, наверняка причиняя боль. Ребра выступали вперед через чур сильно, кожа была покрыта шрамами.
— Светомира, ты слышишь меня!
— Отпусти, с ним я не причиню никому зла, — прошептала она в ответ.
Светозар нахмурился, и запустил руку в карман. Достав сигнальный огонек, он подбросил его вверх, направив в сторону своих людей.
— Ты же обещал! Ты говорил, чтобы я не боялась, — задергалась в его руках Светомира. — Я поверила тебе!
— Не поверила, раз так голосишь! — удерживая ее, произнес Светозар. — Хватит! Светомира успокойся! Если и дальше продолжишь извиваться, останутся синяки. Прекрати!
Прислушиваться к его словам девушка не хотела. Она продолжала беспомощно барахтаться, и что-то мычать бессвязное.
— Тебя посмотрит лекарь, к чему такая паника, — вздохнул мужчина. — Как с тобой сложно.
Отчаяние захватывало, подступало к горлу. Что может сделать лекарь… Прощупать живот, чтобы определить теплится в ней жизнь или нет, и то точного ответа он дать не сможет. Тут нужен целитель, но тот и прикасаться к ней побрезгует, разве что плюнет ей в лицо, да подденет ее тело ногой, чтоб легла как следует, а уж он издали посмотрит, оценит своим взглядом. Как к ним подошел Богород, она не заметила, хотя уже давно оставила все попытки освободиться.
Подошедший к ним мужчина не был удивлен, он смотрел словно сквозь Светомиру, и слегка насвистывал весьма знакомый мотив. Только вот какой именно, вспомнить не получалось.
— Проговоришься о том, что увидел, язык отрежу и рук лишу, — вместо приветствия рыкнул Светозар. — Осмотри, все как есть говори, и что сделать можешь.
Целитель равнодушно кивнул, приподняв уголки губ, и присел рядом с ними. Хоть Светозар и попытался прикрыть девушку, но прохладная рука Богорода все равно скользнула под ткань, ощупывая кожу, слегка надавливая в некоторых местах, а после он и вовсе откинул в сторону укрывавшие ее тело тряпки.
Светомира тут же дернулась, вздохнула от неожиданности испуганно и попыталась отвернуться, но ей не дали этого сделать. Теперь не только Светозар, но и Богород придерживали ее.
— Тише, я же ничего не делаю, — произнес целитель. — Ни к чему скромность тут девичья, отбрось ее.
Его пальцы медленно передвигались вниз, иногда девушка чувствовала легкое покалывание. Посмотрев на Светозара, она встретилась с ним взглядом и стиснула зубы. Уж первая глаза в сторону не отведет, не уступит. Пусть смотрит и видит, что готова она к любому его решению. Но стоило ему одобрительно ей улыбнуться, как слезы вновь полились из глаз.
— Полно тебе. Иль слову моему не веришь?
— Не верю, — подтвердила Светомира.
— Вдохни, — услышала она над собой голос Богорода.
Но вместо того, чтобы послушаться приподняла голову и тут же едва не вскрикнула от боли. Целитель принялся осматривать воспаленную кожу возле обруча, растягивал ее, надавливал и что-то шептал.
— Хватит, Светозар! Хватит!
— Потерпи, — ответил ей он.
— Вот и все, — поднимаясь на ноги, произнес Богород. — Говорить?
— Все как есть говори.
— Крови невинной нет на руках, кровью лишь ноги омыты ее. Ведьмою стала, но тьму не приняла, не проросла гниль в ее сердце, и не обруч тому причина. Тело отбито, жизнь при ней чудом осталась. Раны ее залечить не могу, есть нехорошие, с которыми справиться тяжко будет, но силу мою ее тело принять не может, снять бы обруч, я бы за вечер справился.
— Если бы еще его я одел, то проблем бы не было, — проворчал Светозар, укутывая Светомиру. — Подумай, как можно выжечь гниль эту.
— Тьма отравляет, затмевает рассудок, прорастает, пускает корни глубоко в нутро, но для этого руки кровью омыть надобно. Эта девчонка отличается от других гнилью плененных тем, что метка слабая, будто не до конца тьма к ней перешла.
— Избавиться от нее возможно?
— Нет.
— Все, что было здесь забудь, коли спросит кто, скажи, что боль ее мучает, ноги повредила. А сейчас ступай.
Богород посмотрел непонимающе, даже бровь вверх выгнул. Удивляло его все. Ни к тому он привык. Хотел было даже вслух свое предположение высказать, да только Светозар будто опомнился, поднялся на ноги, на девчонку свой плащ накинул, и махнул рукой в сторону, показывая, что там они поговорить могут.
— Твоя задача забыть обо всем, что произошло тут.
