1. Знакомство.
В полумраке, царившем здесь практически всегда, тихо пищали индикаторы, сверкали
данными о текущем состоянии шкалы многочисленных систем и подсистем корабля.
Осторожно, будто стесняясь своей наглости, нарушая покой сумрачного помещения, мигали
разноцветные лампочки, на большом полукруге центрального пульта. Время от времени, на
главном экране, вспыхивали различные фразы, изобилующие специфическими терминами и
множеством цифр, сообщавшие, что такая-то система полностью исправна. Или
доносившие до пилота, сведения о том, что проведена очередная проверка какой-либо
системы, мелкие неполадки в которой устранены в автоматическом режиме…
Впрочем, как всегда. В автоматическом. Все эти пики, щёлканья - всё это было не нужно
на “Страннике”. Межгалактический исследовательский корабль-разведчик нового поколения
(конечно, нового относительно: бортовой номер 5СК-3401, последние цифры отражали
число этих кораблей сошедших с “конвейера”). По сути своей “Странник”: гигантский,
способный думать, правда, в жёстко определённых рамках, робот. Автоматизированный до
того, что мог самостоятельно дойти до заранее заданной цели, без малейшего участия
команды и возникновения не предусмотренных программами ситуаций (порой такое
действительно случалось: ковчег приходил в порт приписки, спустя годы после старта, а на
борту ни одной живой души, лишь тела членов команды, иногда сильно
фрагментированные). Но пульт, конечно, был необходим сам по себе: ввести новые данные,
взять управление на себя, в случае чего. Собственно их было несколько: главный пульт,
дублирующий пульт и два десятка информационных терминалов, разбросанных по всем
палубам корабля. Но вот всё остальное - чистая бутафория. Барахлит какая-то из систем,
бортовой компьютер направляет команду ремонтных роботов, которые с задачей справятся
много лучше и быстрее человека. Вся поступавшая информация, точнее большая её часть,
была совершенно лишней. И всё же необходимой. Не с практической точки зрения, а с
психологической. Пилот чувствовал себя гораздо увереннее, если перед его глазами были
данные о каждой системе корабля, даже малозначимой. Пилот чувствовал себя хозяином
положения. Прекрасно зная, что ещё до того как он прочтёт сообщение, к примеру, об отказе
систем регенерации кислорода, бортовой компьютер уже найдёт причину неисправности,
решит как её устранить и направит ремонтных роботов, мелких и юрких как ящерицы. А к
тому времени как пилот сообщит остальным членам команды, что имеются неполадки, они
уже будут устранены, если, конечно, это в принципе возможно сделать, без вмешательства
человека.
Великолепный корабль. При всём прочем, способный вести боевые действия. В
принципе, он мог бы развернуть маленькую войну только своими силами. Конечно, при
условии, что воевать придётся не с флотом, где только линкоров штук шесть: такая армада
“Страннику” не по зубам. Но и создали его, в общем-то, совсем не для ведения боевых
действий, хоть и предусматривали возможность таковых. Цели “Странника” мало общего
имели с войной, хоть и вёл его боевой офицер космического флота Федерации Пяти
Галактик. Исследование новых миров в новых галактиках – таковы цели этого корабля. И
потому он нёс столько бортового вооружения – много меньше, чем полагалась боевому
кораблю тех же размеров и гораздо больше, чем полагалось транспорту.
Новые миры несли людям много нового, в том числе и новых страшных врагов. Это
жители Федерации знали по опыту. И опыту весьма богатому. Сколько обожжённых остовов
подобных кораблей лежит на многих и многих планетах вселенной? Сотни! Ну, может и
меньше или больше. Никто не считал, сколько их погибло за столетия исследовательских
полётов внутри известных галактик и ещё не нанесённых на карты. Большей частью, потому
что посчитать было просто невозможно. Дело в том, что точных данных, о конкретной цели
разведчика, у порта приписки не было. Только данные о предполагаемой длительности
1
полёта, по которым вычислить точку назначения не представлялось возможным. Сроки
устанавливались примерно, и порой, для целой череды исследовательских целей. Те же
экипажи, что не вернулись в предполагаемый срок, числились: “Выполняющими
исследовательский полёт”. Даже спустя многие годы после своего старта, они всё ещё
числились под такой вот формулировкой.
Корабли стартовали с одной из Центральных планет и отправлялись в путь. Точку
назначения команда выбирала самостоятельно, уже в космосе, из списка возможных целей.
О том, куда же они отправлялись на самом деле, узнавали спустя годы – когда корабль,
