Жизнь в городе шла своим чередом. Повсюду были люди - прохожие, путешественники, местные зеваки, уличные работяги, лоточники и, готовящаяся к вечернему наплыву посетителей, обслуга бесконечных таверн, питейных и забегаловок. Никто из них не обращал внимания на двух магов, продвигающихся от магзала куда-то к центру города. Волшебники, которых легко можно было отличить от остальных людей по стилю одежды, не были здесь редкостью. Их наличие на улицах не вызывало беспокойства у местных жителей, как это порой случалось в других, менее продвинутых местах. В Мордмунде все было наоборот - если вы в течение часа не увидели на своем пути ни одного чудаковатого старика, разодетого в мантию с изображением звезд, лун или солнц, вы либо очень невнимательны, либо оказались в каком-то другом городе.
Шляпная лавка, про которую говорил Альфус Омегас, оказалась каким-то чудом втиснута между увеселительным заведением с красными фонарями и монастырем. Она представляла из себя тесную, скудно освещенную комнатку, до отказа забитую самыми разнообразными головными уборами. Хозяин лавки, судя по всему, был чистокровным уроженцем Кидая. Внешне он напоминал колобок, одетый в просторный халат и увенчанный сверху широкополой соломенной шляпой. Отличительной чертой его круглого лица были длинные тонкие усы, свисающие с верхней губы подобно двум тропическим лианам. Завидев вошедших чародеев, он радушно раскинул свои коротенькие ручки и залепетал высоким голосом:
- Плахадите, далагие гости, плахадите! Лусие сляпы, толька для васа!
Приглядевшись, он тут же узнал Альфуса Омегаса, своего постоянного клиента. Расплывшись в улыбке, он подкатился к старому магу и потянул его за рукав к одной из полок, забитых чародейскими колпаками.
- Осень лад вас видеть, господина Омегас! Посматлите на эти уболы! Новая калексия! Вот сляпы от Лузи Бетона, вот от Веслаччи, и всякая-всякая длугая! Выбилайте! Вам полагаеся ба-а-альсая скидка!
Всемирно известный чародей окинул полки взглядом и принялся разглаживать бороду.
- Мгм. Нам, собственно, нужна достойная чародейская шляпа для вот этого юноши, - он указал рукой в сторону Найви, которому почти удалось слиться с одной из многочисленных вешалок для шляп. - Может быть вы сможете что-то посоветовать?
- Для юносы? - кидаец задумчиво покачал лианами своих усов. - Для юносы найдеся! - Он словно бы перекатился к смущенному Найви и потянул его к другой полке с головными уборами. - Вот сдеся, самые лусие сляпы для юносей!
Не переставая улыбаться, хозяин лавки брал в руки шляпы и одну за другой подносил к лицу молодого чародея.
- Вот, сляпа с мехом настоясих доблов. Осеня нлавица девускам! А эта с лубиновыми звездами, повысает магисескую потенсию. Сляпа из селного балхата с узолом побегов делева Ки! Осень популялна в Кидае.
- А вот это что за шляпы? - Найви робко указал на ряд головных уборов справа от себя.
- О-о-о, эти сляпы с настоясими боленьими логами! Но они подходят толька зенатым волсебникам.
- Шляпа с добринным мехом неплоха, но, мне кажется, что поля на ней лишние, - заметил Альфус Омегас, который, как и все чародеи старой школы, признавал только остроконечные колпаки.
- Поля эта халасо! Пусть юноса выбилает! А вам, господина Омегас, навелняка понлавятся вот эти сляпы...
- Мгм, и правда, - произнес Альфус Омегас, окидывая взглядом предложенные ему варианты. - Вот эта очень хороша. А есть такая же, только с перламутровыми пуговицами?
Спустя пол часа, в сгущающихся сумерках, чародеи покинули лавку в абсолютно новых головных уборах. Найви остановил свой выбор на колпаке, отороченном мехом добров. Шляпа оказалась ему великовата, и теперь он постоянно сдвигал ее то в одну, то в другую сторону, пытаясь найти наиболее удобное для себя положение. Альфус Омегас, в свою очередь, внезапно задумался над речью, которую ему предстояло произнести на съезде чародеев, и, похоже, не замечал ничего происходящего вокруг.
Не успели маги пройти и нескольких шагов, как Найви почувствовал, что кто-то схватил его за руку и утаскивает в сторону от дороги. Все произошло так быстро, что он не успел сказать ни слова. Спустя секунду, он понял, что стоит в окружении крайне скудно, по его мнению, одетых женщин, перед зданием с красными фонарями. Прямо над его ухом раздался голос:
- Ну привет, милашка! Какая замечательная у тебя шляпа! Мех добров, если мои глаза меня не подводят... Ты, наверное, очень состоятельный мальчик!
С Найви разговаривала женщина, описывая которую, поэту пришлось бы искать рифмы к понятиям, выражающим нечто большое и обширное. Например, к слову "океан", или к словосочетанию "высокогорное плато". По сторонам от этой дамы стояли другие девушки, обладающие, впрочем, куда менее объемными фигурами.
- Мы с девочками тут посоветовались, и решили, что такой славный малыш не откажется от хорошего развлечения, ведь правда? Для тебя, сладенький, всего двадцать мордмундских марок! Ммм?