Смущаясь, опускаю взгляд на его руку, которая дотрагивается до груди. Стесняюсь смотреть ему в глаза.
Ночь действительно выдалась нелегкой. Демьян снова заставил почувствовать себя самой желанной женщиной на свете. Наверное, мне не хватит слов, чтобы описать его. Понимающий. Безумно заботливый. Мы с дочерью уже четыре дня живем словно в сказке! Каждое желание Дины для Огнева – закон. Каждая просьба должна немедленно исполняться.
Демьян рассказал мне всё... Абсолютно всё, о чем говорил со своим отцом. Я, честно говоря, была в шоке от услышанного. Не ожидала, что у мамы мог быть роман именно с Огневым-старшим.
Совпадение? Демьян говорит, что это судьба.
После нашего ухода из дома родителей любимого он не мог прийти в себя. Стал совсем далеким и молчаливым. Настроения не было ни у кого. Не знаю, возможно, из-за того, что я бродила по дому бледная, Дем начал делиться со мной всем, о чем разговаривал с отцом. А возможно, сам захотел. Но только одну тему не тронул: что сказал ему Костя. И я не стала расспрашивать.
Единственное, что меня волнует до сих пор, так это испорченные отношения матери и сына. Я на миг представляю себя на месте его мамы и думаю, а что было бы, если бы мой сын тоже выбрал «какую-то девку». Да! Для его матери я именно «какая-то девка». Не знаю. Но я бы отнеслась к выбору сына с уважением... Аж мурашки по телу ползут от этих мыслей...
– Устала, просто у меня никогда не было такой страстной и долгой ночи, – честно признаюсь. Он же мой первый и единственный мужчина. Любимый. Незаменимый.
– М-м-м-м, люблю тебя, – прикусывает мочку уха, заставляя вздрогнуть. – Но прекращай меня стесняться.
– А я не стесняюсь! – шепчу неуверенно, рывком поворачиваюсь и всматриваюсь в его черные глаза. Тону в его взгляде.
Дотрагиваясь ладонью до его щеки, кончиками пальцев провожу по шее, груди. Он не моргая смотрит на меня, а я на него.
Иногда становится слишком больно от тревожных, совсем неуместных мыслей. Демьян не давал мне повода думать о такой чуши, но всё равно... А вдруг всё перевернется вверх дном? Вдруг что-то случится и нам придется расстаться? Да я его забуду, если только сердце мое из груди вырвут. Если память потеряю и ничего о нем не буду помнить. Иначе никак! Я люблю его так, что даже представить не могу с другой... Эта мысль вышибает весь воздух из легких. Дышать становится невозможно.
– Посмотри на меня, Вика. Я вижу, что ты думаешь черт знает о какой херне, – говорит Демьян, поднимая мой подбородок вверх.
– Откуда знаешь?
– Когда ты счастлива, Вика, у тебя глаза сверкают. А когда какие-то совсем ненужные мысли проникают в голову, ты часто поджимаешь губы и сжимаешь руки в кулаки. Мне понадобилось несколько дней, чтобы изучить тебя, – тихо смеется, а я прижимаюсь к нему крепче, утыкаюсь носом в шею. Тут пахнет еще сильнее. Так притягательно, отпускать не хочется.
– Мама! Мамоцка! – Дина тихо стучит в дверь, а Лариса пытается что-то объяснить.
– Черт! – хрипло смеется Дем.
– Что? Помешала? Были другие планы? – шутливо бросаю, чуть отстраняясь.
– Да нет, – снова смеется. – Я просто... Несколько лет об этом мечтал.
– О чем?
– Чтобы вот так дети вбегали в комнату и не давали возможности...
– Ладно, я поняла, – легонько целую его в губы, встав с кровати, натягиваю на себя рубашку Демьяна.
На самом деле он прав. Мне всё еще стыдно вертеться перед ним голой, и я чувствую, как мои щеки уже горят. Но всё же заставляю себя смотреть на него, замечая, как он взглядом скользит по моему телу, а уголки губ разъезжаются в соблазнительной ухмылке.
Демьян надевает шорты и свободную футболку. Дочь нетерпеливо стучит в дверь, хоть мне казалось, что она ушла.
– Доброе утро, Дина.
Малышка вбегает в комнату, лишь кивая мне. Направляется к отцу, а он, взяв ее под мышки, поднимает над головой. Кружит.
– Папа! Я хоцю молозеное! – Хитрая прямо как отец! А ведь зимой мороженое есть опасно!
Демьян затрудняется ответить, ведь он знает мое мнение.
– Дин... Если мама говорит, что нельзя, значит, нельзя. Тем более у тебя часто болит горло.
– Ну, па-а-ап! Я совсем цутоцку!
Под умоляющим взглядом Дины Демьян быстро тает.
– Вик... – смотрит на меня, а я лишь кусаю губы, мол, хорошо. – Мама согласилась, родная. Но совсем чуточку, договорились? Вечером куплю, попробуем все вместе, хорошо?
– Да! Да! Спасибо, мама! Спасибо, папа! Идите узе завтлакать! Лара все плиготовила!
Приняв душ, мирной, счастливой семьей садимся за завтрак. Лариса слишком молчаливая. Так и ковыряется в своей тарелке. И это замечаю не только я.
– Лар, что тебя беспокоит? – напрямую задает вопрос Дем, а сестра буквально съеживается на месте.
– Да нет! Ничего такого! – грустно улыбается, но и меня начало волновать ее поведение.
– Лар?! – сверлю ее злым взглядом. Ведь я ничего от нее не скрываю! Даже про отношения мамы с отцом Демьяна рассказала!
– Папа, – глубоко выдохнув, отвечает, но продолжать явно не хочет. – Короче, говорит, что по Дине соскучился. И нас, дочерей, видеть хочет.
– Дай адрес. Пусть вечером приезжает. Я не хочу, чтобы вы виделись где-то... На стороне.
