Дотягиваюсь до его губ, растворяюсь в поцелуе, в его неторопливых движениях. Пожалуй, именно сейчас — я счастлива. Скорее всего — именно это чувство и есть счастье. Я так хочу верить, что Бастиан — моё счастье. Как же сильно я хочу ему доверять, верить ему полностью, как же я хочу поверить ему до конца.
— Кира, какая мысль тебя не отпускает?
Я прикрыла глаза, сдерживая вдох. На этот вопрос Бастиана я могла бы ответить прямо сейчас, но… Боялась. Очень сильно боялась разрушить то хрупкое, что сейчас прорастало между нами.
Слишком хрупкое. Невесомое.
То, что я так не хочу, не хочу, я отказываюсь это терять!
С остервенением тру лицо, зажмуриваюсь, запрокидываю голову, глядя в потолок спальни. Глубоко вдыхаю и выдыхаю.
Скрещиваю руки на груди и снова смотрю в окно. В окне — рассвет и вид высоки деревьев, как на курорте.
Я так и не спросила Логра… Бастиана. Я так и не спросила Бастиана, где мы. Мы можем сейчас быть, как на поверхности планеты, так и в глубоком бункере, а это окно — или реальностью, или сверх-качественной голограммой.
— Кира.
Голос моего маршала требователен, наполнен властными непререкаемыми нотками.
Всё ясно, теперь не отверчусь и не отговорюсь.
Ладно. Надо решаться. Всё равно этого разговора не избежать.
Чувствуя, как внутри, у диафрагмы, всё предательски сжимается, а ноги холодеют от дурного предчувствия, я поворачиваюсь и смотрю Бастиану Логранду в глаза.
Мы только что позавтракали в соседней комнате, оборудованной под кухню, без окон, с красивыми световыми картинами на стенах.
Я в красивом закрытом халате, выглядящем вполне прилично, Бастиан в домашней одежде, штаны, кофта с длинным рукавом — элегантно и уютно.
У него взъерошены волосы, смотрит на меня внимательно, с настороженностью.
Я и сама к себе сейчас отношусь с настороженностью.
— Выкладывай, — приказывает он.
Я глубоко набираю воздуха, и медленно выдыхаю. Решаюсь.
Всё-таки задаю тот самый, уже приличное время мучающий меня вопрос.
— Бастиан, — начинаю я, пристально глядя на него, стараясь не упустить ни малейшего движения на его лице, — у тебя есть прямой приказ от императора скрывать от меня, кто я?
Он опускает глаза всего на доли секунды, но я замечаю.
Сердце ухает куда-то вниз. Я права, ох-хохо… Стоп, не торопимся, не делаем поспешные выводы. Сейчас, он не должен от меня ничего скрывать.
Он же не будет от меня — сейчас — ничего скрывать?..
— У меня есть разрешение от императора ответить на некоторые твои вопросы, если ты начнёшь их задавать, — помедлив, отвечает он.
Не отрывая взгляда от глаз Бастиана, я протягиваю в сторону руку, со второго раза нащупываю спинку стула, подтягиваю его к себе и сажусь.
— Я могу задать вопросы сейчас?
Мне кажется, лицо Бастиана искажается, будто от скрытой боли, но это слишком мимолётно, скорее всего игра теней на его лице, потому что когда я всматриваюсь, он полностью спокоен и доброжелателен.
— Да, Кира, задавай.
Тот самый вопрос — его я пока до одури боюсь задать, поэтому начинаю с более-менее нейтрального.
— Мы на Верге?
— Интересный вывод, почему ты так думаешь? — приподнимает бровь Бастиан.
— Я не чувствую пси. Терминалов и прочих интерфейсов здесь тоже нет.
Помедлив, он отвечает, я вижу, что он говорит правду:
— Мы не на Верге, но пси не работает. Мы в безопасном периметре. Здесь действует подавляющая пси-установка.
Я мысленно киваю и продолжаю спрашивать.
— Это для моей защиты?
— Да, Кира.
Бастиан смотрит на меня внимательно. Похоже, он уже знает, какой я собираюсь задать вопрос.
Да, не буду откладывать. Всё равно придётся. Пора.
— Кем я прихожусь императору? — севшим от волнения голосом, спрашиваю я.
Бастиан усмехается. Смотрит в окно. Снова смотрит мне прямо в глаза.
— У меня есть разрешение ответить тебе на этот вопрос. Поэтому отвечу. Ты его родная дочь, Кира.
Я закрываю глаза, а потом и лицо ладонями. С силой растираю щёки, пытаясь прийти в себя. Я предполагала какие-то дальние ветки, или обязательство перед другом позаботиться о родственнике, или ещё что-то в этом роде.
Всё ещё гораздо хуже, чем я думала. Прямое родство! Гораздо хуже! Родная дочь! Хуже быть не может!! Почему из всех жителей трёх галактик, угораздило именно меня?
Так, ладно, это я осмыслю и отэмоционирую позже. Сейчас мне нужны данные.
— Мне нужны подробности, — снова глядя в глаза Бастиану, тихо говорю я. — Давно он знает?
— Тебя украли во младенчестве, чтобы вырастить как орудие заговора, и потом, когда он тебя найдёт, воспользоваться тобой для удара.
Я растерянно посмотрела на Бастиана.
— Так я ведь уже встречалась с императором на личной аудиенции, почему он?.. Почему я тогда не атаковала его?
— Должна была уже тогда, — кивнул Бастиан. — Но с тобой всё пошло не так. Ты оказалась сильнее, чем заговорщики могли предположить. Поэтому пришлось пойти сложным путём. Ты уже была с программой. Просто так её было не выломать.
Я прижала пальцы к губам, оторопело глядя на Логранда.
— Мостовой феномен… С тобой… Фарсиопа… — я сузила глаза, — ты уже тогда… уже тогда знал?