Белинда борется за право женщин с незначительным уровнем дара учиться владению врожденными способностями. Она обращается к ректору академии с просьбой открыть факультет бытовой магии. Максимир Рошер сосредоточен исключительно на боевой подготовке для адептов с высоким уровнем дара и не желает видеть в академии взбалмошных девиц, размечтавшихся о колдовстве. Никто не собирается уступать в этой неравной борьбе, но по стечению обстоятельств Белинда и Максимир оказываются связанными мощным любовным заклятием. К взаимной неприязни примешивается жгучая страсть, от которой нет спасения. Кто же выйдет победителем в этой схватке?
Максимир Рошер сидел за письменным столом в кабинете и наблюдал за явившейся к нему посетительницей. Миниатюрная блондинка с идеальной высокой прической, ухоженными ручками, длинными ресницами и пухленькими губками уже битый час расписывала ему, ректору старейшей академии магии в стране, все прелести открытия в его заведении факультета бытовой магии для женщин с незначительным уровнем дара. Белинда Кларк оседлала своего излюбленного конька и говорила, не умолкая ни на минуту.
Максимир неспешно скользил взглядом по аппетитной фигурке молодой женщины, донельзя напоминавшей ему бывшую любовницу отца. Вопрос об открытии факультета его ничуть не волновал. Министр просвещения ясно дал понять, что выскочку Кларк, о которой только глухой не слышал, или слепой не читал во всех газетах, нужно водить за нос как можно дольше и кормить несбыточными обещаниями. В стране слишком неспокойно. Неодаренных магоборцев с каждым днем становится все больше и больше, в обществе происходят регулярные волнения, а Кларк — одна из тех, кто отражает бунтарские настроения в Ламии.
Правда, по сравнению с магоборцами, требующими ограничить «проклятых колдунов» в бесконтрольном использовании дара, эта смазливая блондиночка — сущая овечка. Ей всего двадцать пять, выросла в семье нищего дворянина, зарабатывающего на жизнь обучением отпрысков из знатных родов, уровень дара у нее значительно ниже среднего. Ну что такая может сделать?
Именно поэтому правительство решило создать видимость поддержки организованного Кларк объединения женщин с незначительным уровнем дара — ОЖНД, или ожисток, как их за глаза называли. Сами себя эти неуемные девицы именовали не иначе как магинями.
Максимир слегка повернул голову и незаметно для посетительницы поморщился. Слово-то какое придумали — «магиня». Немыслимо! Но при этом правительство предпочитало поддержать безобидную, с его точки зрения, Кларк, а не идти на поводу магоборцев, объявленных вне закона.
В Ламии рождались не только мужчины с высоким и средним уровнем дара, но и женщины. Однако по давней традиции одаренные девушки проходили обучение исключительно на целительском факультете, да и то не слишком успешно. Многие из них выходили замуж еще до получения диплома и забрасывали учебу. Поэтому состоявшихся магических целительниц можно было по пальцам пересчитать, и они, как правило, занимались исключительно женскими болезнями и родовспоможением. Ясное дело, их услуги могли себе позволить лишь очень богатые люди, а всем остальным приходилось довольствоваться неодаренными лекарями и повитухами.
Максимир снова увлекся рассматриванием Кларк, и мысли его потекли в ином направлении. Вот если бы эта деятельная блондинка не болтала без толку, а сейчас встала, подошла, опустилась перед ним на колени, приоткрыла свои пухлые губы и…
— Господин Рошер! — раздался возмущенный голосок Кларк.
Максимир вздрогнул и перевел взгляд с затянутой в строгий темно-коричневый жакет груди посетительницы на ее перекошенное от гнева премиленькое личико.
— Вы меня вообще слушаете?! — Губы девицы сжались, голубые глаза потемнели. — Мы с вами беседуем о серьезных, архиважных для страны вещах, а вы пребываете в своих фантазиях! Что это значит? Меня к вам направил министр просвещения и заверил, что вы способны дать ход моему делу. Нашему общему для всех незначительно одаренных женщин делу. Вы понимаете, насколько это краеугольный вопрос?
Мысли о привлекательности Кларк мгновенно улетучились. Теперь перед ним был противник, которого требовалось сломить любой ценой. Поражения в случае с Максимиром Рошером быть не могло, он всегда одерживал верх.
— Госпожа Кларк, — промурлыкал ректор, и его тонкие губы искривила презрительная усмешка, — вы отдаете себе отчет, о чем меня просите?
Глава ОЖНД набрала в грудь побольше воздуха для ответа, но Максимир не позволил ей заговорить и продолжил:
— Для того чтобы открыть новый факультет, необходимо разработать программу обучения и найти специалистов, готовых заниматься с адептами. Кроме того, требуется подать прошение о финансировании. И еще не факт, что правительство сразу выделит на это средства. Ученицам нужно где-то жить, чем-то питаться и во что-то одеваться. Обычно академия обеспечивает адептов всем необходимым.
Белинда молчала, обескураженная тирадой хмурого ректора, предпочитавшего слушать, а не говорить, ровно до этого самого момента.
— В случае открытия нового факультета придется все начинать с нуля, — продолжал натиск Максимир, подкрепляя свою позицию все новыми и новыми аргументами. — Строить дополнительный корпус под общежитие. Расширять столовую и заказывать форму как летнюю, так и зимнюю. Печатать тираж учебников по бытовой магии, а перед этим желательно его вообще составить. Открою вам секрет, сейчас никакого пособия по этому предмету нет и в помине.
Рошер перевел дыхание, а Кларк сжала кулачки и посмотрела на него исподлобья.