Бандиты зашумели и стали что-то, угрожающее выкрикивать, но слово "Цыц" от Колбы возымело силу и в баре наступила пронзительная тишина, а затем в помещение влетел Антон со стволом наготове и встал рядом со мной.
– Так и ты, Петенька, не один, а со своим боевым котом, – бандиты дружно заржали над шуткой Колбы. – Петька, ты скажи своему бойцу, чтобы ствол спрятал, а то поранит невзначай кого-нибудь.
Я передал Антону сумку и куртку Полины, а ее саму закинул на плечо, но девушка даже не проснулась.
Петька, девчонку оставь, это наш бар, а значит и наша добыча. – Гневно прокричал Колба.
– Он с ней пришел, – испугано вымолвил бармен.
– Что этот баран сейчас проблеял? – спросил у братков Колба.
– Ты, Глебушка, берега попутал, – злобно прокричал я, – своих шалав собирай по баням, да вдоль дорог, а такие девочки принадлежат нам. – Затем я шепнул, – Антон, уходим.
Антон повел стволом влево-вправо и Колба, махнул рукой, а сам, чтобы его парни расступились, отправился в середину бара, к столику, за которым распознал заводских более доступных девчонок. Мы без проблем покинули бар Фокстрот, погрузили девушку на задний ряд сидений и забрались в припаркованную поблизости машину. Антон проходил военную службу в десантных войсках, неплохо владел навыками боевых единоборств, сам был смелым и решительным парнем.
Он проработал моим личным водителем более трех лет, за это время прикрывал меня в различных ситуациях уже несколько раз. При клиентах и сотрудниках компании Антон держался подчеркнуто вежливо соблюдая субординацию, но, когда деловая обстановка уступала место личным отношениям, иногда позволял себе фамильярные высказывания и советы.
