Мы мысленно с ней согласились, но, будучи оптимистами, все же надеялись на хороший исход нашей сегодняшней поездки.
Увлекаемые гидом, мы вместе с группой туристов, по всей видимости, экстремалов, направились к главному строению типа ангара, где нам было сказано переоблачиться в купальники и плавки и проследовать за специально приставленным к нашей группе провожатым в красной футболке, который должен сопроводить нас на вулкан.
Попрятав вещи в камеры хранения, мы организованной шеренгой приступили к восхождению. Солнце палило нещадно, и наша нежная белая кожа начала угрожающе темнеть на глазах, стремительно достигая состояния ожога крайней степени.
— Сгорим, пока дойдем! — в сердцах бросила возмущенный вопль моя тетя, прикрыв плечи руками.
— Почти пришли, — прозвучал высокий голосок нашего «поводыря» ей в ответ. — Намажетесь грязью, вам станет прохладно и комфортно. Вот впереди уже первый вулкан, а дальше вдоль тропы будет еще пять.
Часть нашей группы оккупировала первое жерло вулкана, а мы направились к другим, где было меньше людей.
Пейзаж вокруг поистине захватывал дух: серая растрескавшаяся почва, нет ни кустика, ни травинки, лишь кратеры разных диаметров, хаотично «разбросанные» по плато этого, так сказать, вулкана.
— Как на луне! — осматривая пустынный вид, восхитился я. Все единогласно поддакивали.
Следующее жерло бурлило густой серой жижей, и окунуться в нее пожелали все мои родственники. Но тетя, видимо, заметила нечто неприятное и посещать этот грязевой кратер отказалась:
— Мне тут не нравится! Густая слишком грязь! Пойдем другой поищем! — увлекая меня за собой, недовольно произнесла тетушка.
Поддавшись ее напору, я согласился, и мы двинулись дальше. Следующий кратер-вулкан удовлетворял желаниям родственницы, и она вознамерилась опуститься в пованивающее сероводородом жерло.
У каждого из вулканчиков были установлены таблички с названиями. Тот, к которому привела меня тетя, назывался Успех. Небольшое, но глубокое жерло, вниз ведет деревянная лестница, все ступени и перила покрыты толстым слоем грязи, которая придавала ей вид оплавленного воскового сооружения, в котором едва можно было угадать лестницу. Несмотря на экстремальный спуск, тетя уверенно спустилась к грязевой глади и начала медленно в нее погружаться, громко при этом комментируя свои ощущения:
— Ой! Вообще!.. Какая прохладная! И совсем не густая! Словно кисель!
Вокруг собралось несколько зевак, таких же туристов, как и мы, еще чистеньких и живо интересующихся процессом купания в столь экзотической жидкости.
— Вы хотели в Успех окунуться? — прозвучал голос сверху.
— А это Успех?! Я хотела в Здоровье, а попала в «Успех», — удивляясь названию, проговорила довольная тетя, погрузившись по пояс в грязь. — Будем думать, успешно! У меня как раз болит плечо, — вспомнила тетя и постаралась окунуть его как можно глубже в грязь.
— Ныряйте, — вновь раздался чей-то голос из сбившейся группки зевак, наблюдающих с берега за купаниями моей родственницы.
— Да вы что?! — возмутилась тетушка. — С головой? Обалдели, что ли?!
Продолжая рывками окунаться поглубже в вязкую грязь, тетя внезапно потеряла равновесие и, всплеснув руками, с громким воплем вошла с головой в серую жижу. Спустя мгновение со дна кратера вынырнуло похожее на гуманоида существо, отплевывающееся и ругающееся.
Наблюдатели с берега засмеялись, а тетя, протирая глаза, бурча под нос проклятия, попыталась как можно быстрее ретироваться из кратера. Вся покрытая с головы до пят серо-зеленой грязью, подскальзываясь на ступеньках, она начала подъем с глубины.
— Залезла куда зря, говорила, надо было где мелко идти! В первом надо было купаться!
— Зато тут свободно и народу нет, — поддержали ее сверху смеющиеся зеваки.
Выбравшись на берег, тетушка сердито буркнула:
— Больше не полезу! Ведь не хотела же волосы мочить, их же теперь не отмоешь! Будут теперь тухлыми яйцами вонять!
Нас догнали наши родственники, чумазые, в грязи по уши, но довольные и что-то весело и бурно обсуждающие меж собой. Завидев хмурую тетушку, они поинтересовались, что произошло, пришлось вкратце поведать им о ее злоключениях, это еще больше их позабавило.
Я на тот момент оставался еще чистым и был удостоен чести жгучих объятий от своих «грязных» родственников — волей-неволей мне тоже пришлось совершить погружение в грязь.
Мы прошли дальше и все вместе окунулись в бурлящую массу следующего вулкана. Как ни странно, жижа оказалась действительно прохладной и вязкой. Плыть в ней, конечно, не получалось, но неуклюже барахтаться, словно бегемоты, удавалось хорошо. Тетя на этот раз отказалась пачкаться еще больше и нервно подгоняла нас с берега:
— Хватит там плескаться, пойдемте, а то провоняете насквозь!
