– Здравствуйте, госпожа Мария, – поздоровался и поклонился он.
– Здравствуйте, Еня, – снова удивилась Маша.
– Проходите, пожалуйста! Господин Чхве вас ожидает в своем кабинете, – отвесил он ей очередной поклон и повел в кабинет Мишани.
«Как он узнал, что я прилетаю? Когда всех успел предупредить? А ты молодец, прилетела сломя голову, ни о чем не думая! А если бы тебя к нему не пустили? А если бы он был вне офиса? Вот дурында!» – корила себя Маруся всю дорогу.
Ён открыл перед ней дверь и отступил. Она вошла в кабинет и дверь плотно закрылась за ее спиной. «Ну что же, Маруся, сейчас будет решающая битва, и ты должна победить! Вперед!» – подбодрила она себя.
Мин Хо сидел в кресле за широким столом и смотрел на нее тревожным взглядом.
Он слышал ее шаги еще в коридоре и внимательно следил, как она вошла в его кабинет. Глаза его любимой Маруси сверкали молниями, и на лице явно было написано, что сейчас будет буря.
Глава 20
Ён открыл перед ней дверь и отступил. Она вошла в кабинет и дверь плотно закрылась за ее спиной.
«Ну что же, Маруся, сейчас будет решающая битва, и ты должна победить! Вперед!» – подбодрила она себя.
Мин Хо сидел в кресле за широким столом и смотрел на нее тревожным взглядом. Он слышал ее шаги еще в коридоре и внимательно следил, как она вошла в его кабинет. Глаза его любимой Маруси сверкали молниями, и на лице явно было написано, что сейчас будет буря.
"Где и когда я успел накосячить, что она так злится? Чтобы это не было, я пойду на все, лишь бы она опять улыбалась и смотрела на меня своими сияющими голубыми глазками!" – Мишане было и тревожно, и любопытно одновременно.
Маруся же, и так накрутившая себя в такси до предела, зашла в его офис и еще больше ощутила ту громадную разницу в их статусе и финансовом положении. Сейчас она смотрела на Мин Хо, который величественно восседал за огромным столом в своем роскошном кабинете и выглядел просто идеально в своем сером костюме. Машина паника нарастала. Она подошла к нему и встала напротив. Их разделял только его стол.
– Чхве Мин Хо, ты чудовище! – с чувством сказала она, и в глазах не было даже намека на шутку. – Ты просто не знаешь, что ты натворил этими своими случайностями и сказками?
Она видела, как он дернулся от ее слов про чудовище, как будто она дала ему пощечину, но остановится уже не могла. "Да, что со мной? Почему себя так веду?" – промелькнуло в ее голове.
– Маруся, милая, что не так? – нежно спросил он. – Скажи мне прямо, чтобы я мог извиниться и все исправить!
– Как исправить? – голосила она, бунтуя больше прежнего, – уже ничего исправить НЕЛЬЗЯ! Это все твой чудо-чай и таблетки виноваты!
– Маша, пожалуйста! – совсем растерялся Мин Хо. "При чем тут чай с таблетками? Я ничего не понимаю!” промелькнуло в его голове.
– Поговори, со мной, объясни нормально! Что бы это ни было, я все решу!
– Как ты сможешь ЭТО решить, скажи на милость? – и вытащила из сумочки все пять положительных тестов. Раскинув веером по столу, она сунула ему под нос тот, электронный, где черным по синему было написано “2-3 недели”.
Мин Хо, ничего не понимая, взглянул на них.
"Что это такое? Ничего не понимаю."
Потом приглядевшись, он заметил на одном из них надпись "срок 2-3 недели". Его аж ударило током от неожиданности. Он так обрадовался!
"Так вот, почему у нее истерика! Неужели и правда? Так это ж просто чудо! Но почему тогда Маруся вопит, как ужаленная? Или она не хочет этого ребенка? А может, она вообще не хочет больше детей? Или это потому, что этот ребенок от такого чудовища, как я?" – накрутив себя, почем зря, на сердце у Мишани стало тяжело и очень больно.
– Видишь? Теперь понял? Как ты сможешь это исправить и решить? – буркнула Маруся.
– А ты, что предлагаешь? – спросил он чужим холодным голосом, снова отвечая вопросом на вопрос. – Аборт? Ты не хочешь рожать? Или ты злишься, что этот ребенок от меня?
– Чхве Мин Хо! Ты что, бредишь? Какой, к чертям собачьим, аборт? – кричала на него Маруся, для которой даже упоминание об аборте было кощунством. Переживания всех этих нескольких часов нахлынули разом и непрошенные слезы потекли сами собой.
Когда до него долетели ее слова, и их смысл, он готов был плакать вместе с ней от облегчения.
"Значит, она хочет этого ребенка? Значит, она не считает на самом деле меня чудовищем? Значит, хочет быть вместе, хочет создать со мной одну семью? Тогда почему злится? И при чем тут таблетки и чай. Но все потом, надо сначала ее успокоить, ей нельзя нервничать, и я не могу видеть, как она плачет."
– Маруся, любимая! – выходя из-за стола, начал уговаривать ее Мишаня. Хотел к ней подойти, но она начала отступать, обходя его стол с другой стороны. Он улыбнулся.
"Не убежишь, сколько не старайся!" – Давай поговорим, милая. Зачем ты убегаешь? Почему злишься?
– Не смей так нежно смотреть и улыбаться, как ласковый котенок! – Маруся все еще злилась и ласкаться с ним не была готова.
– Не буду, если ты не хочешь, – ответил он, расплываясь еще в большей улыбке.
– Мин Хо!!! – крикнула она, топая от досады ногой и запустила в него какой-то папкой.
