Я опаздывала. Жутко. Недопустимо опаздывала.
И с удовольствием бы вообще не пришла, но обещания следовало выполнять. Даже те, которые даешь подружке после трех бокалов. Нет, не вина. Алкоголь бы не заставил мое сердце размякнуть, да и решение, принятое в состоянии алкогольного опьянения, можно было оспорить, сославшись на аффект, и отказаться от договора. Но Сарина поступила хитрее и, должна отметить, щедрее.
Читая на следующий день примерный – точного в широком доступе просто не было – состав выпитого мной зелья, я прикидывала затраты подруги и частично ее прощала. Полностью я готова была простить эту ведьму лишь после того, как пойму: уставший ждать меня мужчина, на свидание с которым я опрометчиво согласилась, ушел, меня не дождавшись.
Взгляд зацепился за вывеску с самым ужасающим для мужчин названием «Встреча, изменившая все», и я усмехнулась. Отточенным движением – ведьма не должна спотыкаться – пересекла порог, и вся радость померкла.
Он пришел. Несмотря на мое опоздание, ужаснейшую погоду – солнце с самого утра светило, не переставая, – и худшее из мест, где можно было встретиться. Ресторанчик «Встреча, изменившая все» обладал дурной славой, и все в городе знали об этом. Ладно, не все. Лишь те, кто всерьез интересовался любовной магией. А я интересовалась. Еще как интересовалась! Надо же было как-то пациентов откачивать после передозировок. А одержимые любовью люди редко отмеряли мензуркой порции, еще реже – в точности соблюдали рецептуру, превращая любовный яд в обычный. Но везли их все равно ко мне!
«Очередной любовничек по твою душу», – орал с порога Манкольм, толкая каталку, и я понимала: уйти пораньше не удастся. И не удалось. Но даже сейчас, спустя полтора часа после назначенного времени, мой гость не ушел – вместо этого светловолосый господин за угловым столиком степенно читал газету, не обращая внимания ни на косые взгляды, ни на заинтересованные – две подавальщицы определенно были бы рады ему услужить.
Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы рассыпаться в формальных извинениях, но, стоило мне опуститься на стул напротив гостя, тот жестом остановил так и не вырвавшийся из меня поток извинений.
– Я – замена, не более, – отрезал блондин, и его голубые глаза насмешливо сверкнули. – Госпожа…
– Тирин, – представилась я коротким именем. Не хватало еще, чтобы собеседник узнал полное и пытался искать меня. Тянуть в свою жизнь невоспитанных мужчин я не собиралась. Матушка бы не одобрила. Хотя… кажется, она уже на все была согласна ради внуков.
– О, не беспокойтесь, одно маленькое свидание и больше я вас не побеспокою, – заверили меня, а губы собеседника искривились в насмешливой улыбке. Располагающей такой. К отравлениям и чесотке.
«Держи себя в руках. Инквизиторы не дремлют», – напомнила я себе и непроизвольно покосилась на соседний столик. Щебечущая о глупостях парочка вряд ли была способна заметить даже массовое убийство – так они были увлечены друг другом, но то влюбленные, а вот подавальщицы глаз не сводили. С-свидетели!
– Вы чересчур настойчивы для замены, – глубоко вдохнув, заметила я, беря себя в руки. Моргнула, пытаясь перейти на иное видение, и… разочарованно тряхнула головой. Магический фон просматриваться на желал, а я не собиралась есть, не убедившись в собственной безопасности. Хватило Сарины и ее зелья. Здесь же чего и хуже могут подлить, чтобы оправдать название…
– Тоже не вышло? – сочувственно протянул собеседник, возвращая меня к реальности, и отложил газету. Та легла на край стола, но так неудачно, что одно неловкое движение локтя – и господину Замене пришлось наклоняться, чтобы ее поднять.
Не знаю, что заставило меня поступить так же, но наши взгляды встретились под столом, скользнули вверх по ножке, и я краем глаза увидела его. Выругалась, больно стукнувшись затылком о столешницу, и содрала прикрепленный снизу к столу артефакт. Пальцы сжали тонкий обод.
– Отлично, – оценил собеседник, переходя на интимный шепот и подаваясь вперед. – А теперь отдайте его мне.
Его рука потянулась ко мне так, будто под столом мы договорились и теперь готовы были взяться за руки, но… это было не так.
Я отрицательно покачала головой.
– Отдам в инквизицию, – упрямо заявила, пряча рассеиватель в рукаве. Все же, хоть чем-то мне помогло опоздание: забежать домой я не успевала, а запасное платье на работе было вот таким – с широкими рукавами, в которых скрывался не один десяток кармашков, и нейтрализующими рунами – самое то, чтобы нейтрализовать рассеиватель. Все же, раз его потребовалась крепить к столику, радиусом действия он обладал небольшим.
– Я проверю, – то ли пообещал, то ли предупредил собеседник и взмахнул рукой, подзывая подавальщицу.
Раздавшийся за спиной звон заставил меня обернуться. Кажется, обслужить наш столик хотели обе работницы, но вмешаться решила третья. Хозяйка, если я правильно оценила взгляды, брошенные ею на работниц.
