Паресу стало жутко от мысли, что он всю свою оставшуюся жизнь проведет в таком состоянии. Он уже был одним из тех, кого они называли безумными, но его разум, заключенный теперь в собственное тело как в темницу, еще пока не потерял рассудка. Однако торчащая из его рта крыса подсказывала ему, что такими темпами он очень скоро станет по-настоящему безумным и внутри.
Всю свою жизнь Парес был уверен, что наездники отбирали у людей рассудок, превращая их в бездумных животных. Ему и в голову не могло прийти, что на самом деле они отбирали у людей тело, а безумными они становились сами по себе, с течением времени.
Парес просил звезды лишь о том, чтобы наездники побыстрее послали его в бой. И чтобы в этом бою ему посчастливилось бы умереть первым, никого не успев убить. Внутри у него все сжалось от одной только мысли, что ему придется смотреть, как его зубы вгрызаются не в крысиную тушку, а в шею Мигело или Джада.
– Так, так, так. – Высокий мужчина с вытянутым осунувшимся лицом постучал пальцами по столу. – Что же это у нас такое получается? Мы тут, значит, храм со сферой кругом ищем, а тут, понимаете ли, хранитель прямо сам к нам и пожаловал.
На этих словах тонкая неприятная улыбка, которая все это время длинной голой улиткой сидела на его лице, резко сжалась и исчезла. Лишенные волос брови напряженно сдвинулись в центр и собрались над острым носом в тугой морщинистый узел.
– И молчит, скотина, что он здесь! – Он с силой стукнул кулаком по железному столу, который служил единственным препятствием, отделявшим его от Андрея.
Капсула Полиглота-5000 подпрыгнула в воздух и со стуком вновь опустилась на свое место.
Андрей поежился. Теперь он был уже не так рад, что Макхэкв оставил ему устройство-переводчик. Общаться со своим теперешним собеседником ему не слишком-то хотелось. Он бы сейчас с нескрываемым удовольствием предпочел непринужденный шарм взаимонепонимания.
Мужчина, который сидел напротив Андрея, был настолько тощего телосложения, что его кости острыми буграми выпирали из-под черного обтягивающего костюма. Лицо его больше походило на череп, обтянутый тонким, истлевшим от времени папирусом. Именно так должен выглядеть Кощей Бессмертный, наверное. Только яйцо бы еще где найти с иголкой.
Они находились в маленькой комнате с унылыми серыми стенами и тусклым электрическим светом. Скромный интерьер состоял только из стола и двух стульев, а также небольшого шкафа в углу. Мебель была незатейливой, сделанной из железа.
Андрей заерзал на месте, пытаясь устроиться поудобнее, однако маневров для движения у него было немного: его руки и ноги были стянуты толстыми металлическими обручами, которые крепко связывали его с на редкость неудобным стулом. Даже начало закрадываться подозрение, что конструкция стула специально была выполнена таким образом, чтобы сделать любое пребывание на нем наименее комфортным. Спинка была немного наклонена вперед и выгнута внутрь посредине, а сиденье слегка скошено в одну сторону, отчего Андрей постоянно скатывался на один бок.
Его долговязый собеседник со вздохом поднялся на ноги и начал медленно прогуливаться по комнате из стороны в сторону, сложив руки за спиной. От стены до стены его отделяло всего-навсего пять-шесть шагов, отчего Андрею начало казаться, что он просто крутится на месте.
Только теперь Андрей понял, какой же он все-таки высокий. Его голова двигалась в опасной близости от потолка, однако он не пригибался: очевидно, не в первый раз совершал подобные прогулки по этой комнате. Болезненная худоба мужчины лишний раз подчеркивала высокий рост и производила почти гротескное впечатление. Только нарисованных белых костей ему не хватает, как в советских фильмах.
– Еще немного – и мы бы тебе нейронный имплант в мозги вкрутили, и ходил бы ты сейчас с остальными овощем по городу в ожидании новых команд.
Тут он достал из кармана злосчастный браслет и выставил его перед собой.
– И вот эта вот ценнейшая вещь, – с силой потряс он браслетом перед собой, словно пытаясь придать еще больше значимости своим словам, – болталась бы на твоем бессильном запястье, и никто бы этого даже не заметил.
Мужчина вновь подошел ближе и облокотился руками о стол.
– Ну и как там у вас, на Земле? – спросил он, неожиданно сменив тон.
– Да в общем-то все было хорошо, пока вы меня сюда не затащили, – огрызнулся Андрей. – Ты кто вообще такой?
– У-у, как все запущено там у вас, – протянул долговязый, покосившись на небольшую табличку с непонятными символами у себя на груди. – Общаться приходится с помощью переводчика, ну это я еще могу хоть как-то понять и простить. Ну откуда у вас там разговорная практика. Но читать, как я вижу, вас там тоже не научили. Стыдно, молодой человек, стыдно.
Он укоризненно покачал головой.
