– Джад. Джа-а-ад! – шепотом позвал Ксермет. – Идем отсюда. До добра это точно не доведет.
– Тише ты. – Джад отмахнулся от него рукой, как от назойливой мухи, и пошел дальше.
Тоннель расширился и стал гораздо выше, так что нагибаться теперь не было больше необходимости. Коридор слегка вильнул вправо, и ребята невольно остановились. Шагах в десяти впереди было отчетливо видно маленькое пятно света, похожее на наблюдательное отверстие в двери. Джад задул свечу и жестом призвал Ксермета сделать то же самое. Стараясь не проронить ни звука, они двинулись вперед.
– Так, хватит. Терпение у меня закончилось. Даю тебе последний шанс ответить на вопрос, иначе мы перейдем к иным методам, – донесся до них уверенный мужской голос, и Ксермет застыл на месте, как будто его чем-то оглушили по голове.
– Это же мой отец, – прошептал он, белея от страха и хватая Джада за руку.
Джад замер. Будучи двоюродным братом Ксермета по матери, он многое себе мог позволить в замке, однако конфликт с собственным дядей точно не входил в его планы. Это был, пожалуй, единственный человек на свете, которого он по-настоящему боялся. Родители Джада погибли давным-давно в какой-то безымянной войне, их он совсем не помнил.
Его тетка, вэйзеро Мэнэн, мать Ксермета, настояла тогда на том, чтобы взять мальчика к себе, и всегда хорошо относилась к нему, практически как к собственному сыну. Она была, пожалуй, единственной женщиной на свете, которую он по-настоящему любил.
Его дядя, дедж Зандр, напротив, ни на секунду не забывал о его происхождении и всегда четко давал ему почувствовать разницу. Хотя росли они с Ксерметом вместе, их воспитание в корне отличалось: из Ксермета готовили будущего правителя, а из Джада – умелого воина. Джад проходил ту же боевую подготовку, что и Ксермет, однако занятия с дебтерой Аваки оставались за пределами его образовательной программы (сам Джад, в общем-то, не очень горевал по этому поводу).
– Итак, повторяю в последний раз: что тебе известно о планах императора Аниго? – прозвучал нетерпеливый и раздраженный голос.
– Ничего, я же уже все сказал, я возглавлял отряд акамарской армии. Мы должны были оккупировать прибрежные районы Цефейского княжества, чтобы подготовить плацдарм для высадки основных сил. Больше я ничего не знаю! – прозвучал в ответ тонкий голос, срывающийся на визг.
– Операция эта, как мы оба знаем, провалилась. Мы также оба знаем, что Аниго плевать хотел на тебя лично, в конце концов ты не единственный брат его любимой супруги, – продолжал дедж Зандр. – Тебе лучше начать говорить прямо сейчас. У нас есть много методов развязать язык, и я тебе обещаю, они тебе не понравятся.
– Я же говорю, я ничего не знаю больше, – вновь взвился писклявый голос, разносясь по длинным коридорам подземелья. До Ксермета и Джада донесся хлесткий удар, а за ним приглушенный выдох.
– Тебе было дано слово, ты этой возможностью не воспользовался. Дальше вместо приятного общения со мной ты будешь наслаждаться гораздо менее приятным общением вот с этим замечательным человеком, которого мы между собой ласково называем Медвежонок. Не без доли сарказма, разумеется.
Дедж Зандр усмехнулся. Вновь послышался звук удара и сдавленный стон.
– Это он так здоровается, – продолжил Зандр. – Он будет рад сообщить мне, когда ты будешь готов к разговору. Будь уверен, он не любит меня беспокоить по пустякам и придет ко мне только тогда, когда полностью будет уверен в твоих искренних намерениях поддержать беседу.
– Я шурин самого императора, он… – опять удар и стон.
– Ничего, не волнуйся, вы с Медвежонком подружитесь. Спешить нам некуда, и искать тебя здесь тоже никто не будет. Видишь ли, мой хороший друг цефейский князь Лигуло сейчас очень занят подготовкой к войне. Официально помочь я ему не могу, как бы ни хотел, ведь я всего лишь вассал гакрукского короля, а Гакруксия еще не вынесла официальной позиции по этому конфликту.
Однако ничто мне не мешает по-дружески оказать радушный прием княгине с дочерьми, которые прибыли недавно на торговом судне, а также, как ты сам выразился, шурину самого императора, доставленному на том же судне, скажем так, в праздничной подарочной упаковке с кляпом во рту вместо банта. Желаю приятно провести время.
Тяжелая железная дверь жалобно скрипнула, и послышались удаляющиеся гулкие шаги.
– Медвежонок, не разочаруй меня, – крикнул Зандр издалека.
– Все будет сделано в лучшем виде, – отозвался низкий грубый голос. – Ну что, шурин императора, – продолжил он, когда шаги стихли. – Мои вопросы будут гораздо легче. Скажи мне, это правда, что в Акамарской империи зубная медицина достигла таких высот, что можно вылечить гнилой зуб, не удаляя его?
До ребят донеслось бряцание железа.
– Молчишь? – продолжил Медвежонок. – Какой ты все-таки неразговорчивый. Я бы даже сказал, невежливый. Ну, как бы то ни было, мы находимся не в Акамарской империи и у нас тут совсем другие инструменты для лечения зубов. Вот смотри…
Ксермет взял Джада за руку и беззвучно кивнул ему в сторону темного коридора. Джад вышел наконец из оцепенения и утвердительно кивнул ему в ответ.
