А через полчаса, на Килдоран–роуд, Локхарт вышел из машины и направился к жилому дому. Совсем любопытно, решил я, следуя в отдалении за ним. В дом заходить не стал, а на четвертом этаже я почувствовал, как цель попала в зону «заклятия доверия». Так, это хорошо, и это славно, решил я, на третьем этаже посмотрел расположение квартир, начертил схему, начертил аналогичную с пометками в виде фруктов в лабиринте, к расположению не имеющим вот абсолютно никакого отношения. Поднялся, начертил схему, перерисовал. И яблока не оказалось. Это замечательно, ликовал я, начиная считать, и нашел второе яблоко.
Точнее, дверь в четырнадцатую квартиру, которая совершенно случайно, оказалась вторым яблоком, которое никакого отношения к заклятию доверия не имело. Ну а зная, что это четырнадцатая квартира, я был владельцем тайны, хе–хе.
Так, уже неплохо, дыру я нашел, хотя вне многоквартирного дома подобная схема может и не сработать. Но смысл понятен, так что взломать заклятие на ассоциациях можно, став «допущенным к тайне». А возможно, при должном выстраивании ментальной конструкции, получится и найти без «яблок». Ну, впрочем, дело не быстрое, не факт что сработает, но тропинка есть.
А сейчас мне чертовски интересно, что за квартира в мире простецов, под крайне тяжелым и энергоемким заклятьем, исполняемым обычно несколькими сильными магами. Что тут нужно Локхарту и что здесь творится?
Ну и начал я формировать око на ниточке плоти, почти прозрачное, очень маленькое. Да и запустил я сего глазенапа в замочную скважину, осмотрел жилище, убрал глазенапа и предался ахуеванию.
Я много чего ожидал увидеть, но Беллочку Лестрейндж, сидящую за столом с Локхартом… Это как–то немного чересчур, офигело констатировал я, стараясь построить удобоваримую модель, объясняющую всю эту дичь.
Выходило хреново, мысли были дикие и бредовые, так что решил я подслушать, о чем беседуют почтенные маги. И чуть не оглох — из квартиры послышался треск и приближающийся топот. Едва успел забежать за угол, как раскрылась дверь, ну и появилась миссис Лестрейндж. Пока я думал, не запустить ли в дамочку чем по убойнее, та, на секунду задумавшись, начала аппарировать.
Ну уж нет, решил я, кидая метку Пауэллов. По счастью — успел, ну и стал прикидывать, где наша психопатка. А оказалась она в Оттери Сент Кэчпоул, понял я через несколько секунд и прыгнул туда же, естественно, подальше от дамочки. Вот, прям место встречи с Блэком изменить нельзя, мимоходом констатировал я, находясь от пробирающейся кустами дамочки метрах в пятидесяти.
И что психопатке надо–то… а, ясно. Рыжие, судя по направлению движения. Хм, а с чего бы именно они? Нет, в каноне Бэллу пристукнула Молли, это факт, но с чего сейчас и они? И стоит вмешиваться мне?
Пока я решал глобальные вопросы, Беллочка ускорилась, снесла в Норе кусок стены и влепила в стол взрывное, а потом точечно кинула режущие. За секунду, блин!
Сильна, сучка, вынужденно признал я, меняя глаза для улучшенного обзора. Четыре трупа за секунду и уже уходит… Хе, не уходит, отметил я за спиной шевеление Молли. И офигел — эта мирная домохозяйка влепила в ноги Беллы проклятье гниения плоти такой силы, что листва в округе пожухла по краям! Это, блин, писец, фигел я. Да, отрубилась, видимо истощение, но тут полхога сгноить можно!
Тем временем Беллочка поорала, громко, с чувством — насколько я знал, нервные окончания проклятие оставляло на сладкое, но потом начала сипеть, очевидно надорвав голосовые связки. А чего это мы еще такие живые, заинтересовался я, входя в транс для отслеживания магии. Хм, судя по картине, алтарь худо–бедно старается вытащить, но не справляется — разрушение идет, медленно, но идет, а оттягивания конца лишь длит мучения. Ну, подумал я, да и хер с ней, пусть помучается, психопатка, хотя…
И тут в доме появилась воронка аппарации, в которой появился никто иной как профессор ЗОТИ. Вид он имел диковатый, на лбу имел новое украшение в виде лиловой шишки, но живой, так что трещал не он.
Осмотрев натюрморт, Локхарт поднял палочку Беллы, режущим прирезал Молли (ну, не сказать что жаль особо, но козел, факт). С полминуты вглядывался в сипящую Беллу, кинул палочку, сплюнул, испарил плевок и аппарировал.
Хм, добью наверное, раз так, решил я. Скоро будут люди, но я примерно представляю, что чувствует Лестрейндж, а учитывая динамику, ей еще минут десять это чувствовать, не меньше. Это уж как–то совсем садизм, думал я, приближаясь к дому, отслеживая в «полутрансе» магические потоки. Выходило хреново, но уже выходило, так что своим магозрением я пользовался как можно чаще.
А уже фактически на пороге я почувствовал «нечто». Сложно объяснить, чувство оборванной струны наверное. А область гниения рывком дошла до паха и локтей (руки корчащаяся дамочка, очевидно, сама «заразила» проклятьем, цепляясь за обрубки).
