И вот, приходит время статута, и милые алтарщики говорят, что, мол, маги отдельно, простецы отдельно. Клановые ребята покивали, собрали свои смешанные кланы и пошли воевать Англию. И феерически огребли от алтарщиков, которые как маги сильнее, более того — готовились к чему — то подобному. Собственно, помимо статута, семнадцатый век отметился исчезновением такого государственного образования как «Королевство Шотландия».
Ну огребли и огребли, статут худо — бедно начали соблюдать, хотя несколько мягче чем в остальных местах — в Англии, например, менее десятой части чистокровных первого поколения бывали в мире простецов один раз. Вообще, за всю жизнь.
Однако, проблемы у кланов возникать начали, система ломалась, возникали внутренние конфликты. Много чего, и сама клановая система грозила разрушиться, превратив магов «неалтарного» пояса в «просто чистокровных». И тут пришли на помощь английские туристы, притащив из туристических поездок азиатскую придумку, этакий эрзац — алтарь, камень клятвы.
Собственно, фигулина, позволяющая тем же китайцам устраивать свое размножалово. Контракт в камне, обычно кабальный для всех, кроме верхушки. На этом кланы чуть не кончились совсем: сначала радостно понаделав камней, а потом массово подыхая от откатов, руша камни и вешая руководителей.
Количество магов «неалтарной» полосы островов сократилась наполовину, проблем клановые англичанам не представляли. Ну и камни у некоторых кланов остались, правда, наученные горьким опытом маги делали их по принципу «мы с тобой одной крови» и не более.
И вот, близнецы гундят, что Гарик творит клан в самом поганом азиатском варианте, да еще с такой кучей противоречий, что хоть стой, хоть падай. Ну и, естественно, с этим самым камнем клятвы.
Вообще, тут два варианта — либо к нему никто не пойдет, либо пойдут самые хитрые, пересидят пик противостояния, кинут жребий, ну и жребейнутый порушит каменюку. А остальные Гарика сердечно поблагодарят и разбегутся по своим делам.
Ну, по крайней мере, мне другие варианты в голову не приходят. Сам по себе камень клятвы — штука поганая, а клан магов всегда строился на доверии и родственных (иногда дружеских, но это редкость и в основном у германцев), чувствах. Может, Гарик, конечно, гений и напишет там на каменюке такие законы, от которых все будут толпой к нему проситься, всяко бывает. Но что — то мне подсказывает, что это способ Избранного привязать и не более.
Ну, в любом случае, посмотрим, как будет. А мои прогнозы сбываются, хотя и не могу сказать, чтобы я был от этого в восторге.
Смотрение же привело к неприятному результату — кузина вошла в обойму Избранного и наводила для него мосты. Ну а сам он чуть ли не каждый день сидел у бороды, что начинало бесить, но я держался и не лез. Все равно не исправлю ничего, только подставлюсь. К тому же, варианты вытащить девочку будут, успокаивал себя я, надо просто дождаться лета.
А в субботу я чуть не сорвался. И тут виноваты все, безусловно, кроме меня. Итак, по окончании занятий, иду я в гордом одиночестве в Хогсмид, благо у меня запланирован ряд закупок, ну и передача товара Длинной в конце дня. Панси же ближе к вечеру собиралась на Зеленую, так что шел себе спокойно, меся шотландскую грязь. Навстречу мне от Хогсмида, хихикая и уже пьянющие, двигают Драко со своими телохранителями. Кивнули и учесали в Хог.
Иду я и вижу, в грязище что — то копошится, подошел — рыдает тихонько. А когда подошел совсем — офигел. В грязи, голая, грязная, поскальзывающаяся и рыдающая Грейнджер пытается из, пардон, задницы, вытащить наполовину засунутую бутылку из — под сливочного пива. Я, признаться, просто впал в ступор — ну реально, не укладывалось подобное в голове.
Ну ладно, подошел к рыдающей, увидевшей меня и закрывшей лицо руками. Вытащил бутылку, почистил заклинанием, кинул исцеляющее. Собрал обрывки одежды, колданул «репаро», одел. Стоит, пошатывается, трясется.
Мне в этой ситуации только одно нужно было понять — какого Драко сотворил подобную хуйню? Ну это же реально пиздец, какой бы он пьяный не был. Но тут девица выдает мне: «Гнусная тварь, поганый чистокровный ублюдок!» и бежит к Хогу.
Ладно, хрен с ним. Иду в Хог, щемлюсь в апартаменты блондина. Драко открывает и получает по желудку — во — первых я зол. Во — вторых, чем меньше алкоголя в организме, тем лучше работает протрезвляющее. Ну и в-третьих, я чертовски зол.
Сиятельный наследник благополучно блевал с минуту, даже без заклятия слегка протрезвел, ну а после трезвящего и чистящего поднимает, значит, на меня свои голубые глаза и на этих самых глазах спрашивает:
— Пайк, за что?! — но непоколебимый я удержался от повторного леща.
— Наследник Малфой, — провозгласил я. — Я очень надеюсь, что обнаруженная мной по дороге на обочине студентка Грейнджер — не ваших рук дело.
Драко, очевидно, протрезвевшим разумом припомнил, побледнел, сел на ступеньку и, закрывшись руками (видимо, очень у меня рожа была выразительная) зачастил:
