Ну и обзавелась такими данными: атмосфера разреженная, преимущественно углекислый газ. Солнца, точнее излучения, в принципе, достаточно, при замкнутой атмосфере, для десяти с копейками градусов. Куча пылюки, но к счастью — слежавшейся, а не пакости в которой я примарсился. Магия работает нормально, а вот магический фон слабый, как на необитаемых островах Земли. Что уже немало, оценил я, значит есть живность, или естественный пробой на планете, минимум один. Правда, обнаружить я даже простейших не смог, но, наверное, в полярных глубинных озерах что — то водится.
В общем, вставал вопрос дня — как делать базу. Варианта было два, «дробное» смещение по одной координате, что делало «смещенную» площадь несуществующей для ряда товарищей. Выглядело это так: маг, идущий по Оттери, шел, например, рядом с простецом к Норе. После пересечения границы смещения, маг оказывался внутри и шел к цели, а простец просто продолжал путешествие с другой «стороны» смещения.
Вторым вариантом была «складка», гораздо более энергоемкое, сложное, но и во многом безопасное образование. Например, магический Лондон находился именно в «складке», имеющей несколько коммутационных выходов в мир простецов, но, с точки зрения внешнего наблюдателя, полностью существовавший в виде «двухмерного объекта» внутри Лиденгольского рынка. При этом, для наблюдателя изнутри, это были вполне себе кварталы, получавшие положенное им количество воздуха, света, тепла, в соответствии с климатической зоной и положением места «в реальности». И могли покинуть её только через «горловину», или горловины складки.
А если приближались к условной границе, начиналась всяческая и непредсказуемая джигурда. От «шел на юг, оказался на севере», до «исчез нахрен». Собственно, пропажи маглорожденных во время последнего «восстания гоблинов», довольно долго списывали на учесавших в «хрен знает куда» понаехавших.
Теперешний магический Лондон был банально огорожен заклятиями, так что учесать в «хрен знает куда», не имея ранга минимум подмастерья пространственной магии не получится. Ну, а убранные в складки поместья изначально имели гораздо меньшую площадь и огораживались еще на этапе формирования.
Все это было заумно, не совсем соответствовало «пузырям — зародышам новых миров» фанона, но было именно так. И имело замечательное свойство — окружающий мир воздействовал на складку (в отличие от «дробного пространства») ровно в тех пределах, какие прописывали её создатели. То есть, на Лондон влиял свет Солнца, проникал «воздух для дыхания», «дождь из воды» и прочие, вполне конкретно прописанные вещи. Предположим, на месте Лиденгольского рынка взрывают термоядерную бонбу. Обитатели магического Лондона увидят (и не ослепнут) яркую вспышку, почувствуют поднятие температуры на десяток градусов… И все. Никаких радиационных отравлений и прочего неудобья, правда, вопрос выхода через «двухмерную» дверь будет несколько затруднен. Но именно затруднен, потому что хрен эту горловину, не будучи грандмастером — пространственником, порушишь снаружи.
И выходило, что нужно мне творить именно «складку», а работать с созданием «ковчега», если придется, на марсианском морозце, вне её. Так что, трансфигурировал я кресло, уселся в него, да и стал растить из себя руническую и гибкую кость — границу и основу складки. Пару раз приходилось прерываться и медитировать — приток витала и магии был, помимо всего прочего, направлен еще и на жизнедеятельность находящегося в мягко говоря, некомфортных условиях организма, а кость вышла толстоватой — я прописывал довольно обширный спектр «пропускаемого» с массой граничных условий. Ну, например, несмотря на удаленность, спектр Солнца был не очень полезен для будущих марсианцев.
Но через пару часов справился, хотя, честно говоря, подустал. Позиционировал двухмерную «горловину» к невнятной (приподнятой из слежавшейся пыли и установленной на трасфигурированную подложку) каменюке и проследовал внутрь.
Вообще, находясь внутри, я прикидывал, как бы мне создать условно — приличный начальный биоценоз, достаточный для атмосферы. Ну и оценивал пейзаж изнутри, получившийся вполне марсианским. А вообще, воспоминания меня — другого, несмотря на пылюку и прочее, давали ощущение подъема и сказки, пусть и научно — фантастической.
Но ощущения ощущениями, а дело делом, так что вытащил я черветраву, возникшую в окрестностях родового особняка, немного модифицировал, да и кинул в почву. Вылил запасенной воды, как на неё, так и окрест, с пару кубов где — то, да и просипел «мать — природа, помоги».
