— Да с этим делом я и сам разберусь, — пробормотал я, не торопясь принимать добычу, — Не лягнёт? — уроки Сергеича не прошли даром, и я вспомнил как он говорил, что дикий заяц при неумелом с ним обращении может и живот разорвать лапами. Это тебе не смирный домашний кролик, а настоящий дикий зверь, килограмм семь весом, и его трусость в сказках весьма преувеличена.
— Не, — отмахнулся свободной рукой леший, — Пока он в твоих руках, шалить и не станет и будет смирным. А вот если ты его так живым кому и передашь, то тогда уж да. Держите семеро. Жару даст так, что только держись! — добродушно засмеялся он, — Но тебе это уже и ни к чему. Из лесу выйдешь, и разделаешь как тебе надо. Ну и вот ещё, — он опять засунул руку куда-то за спину, и вытащил большую корзину, полную грибов, — Жареная зайчатина с грибами да картошечкой очень твоим наставником уважается. Угощайся!
— Спасибо! — от души поблагодарил я, взял у него и корзину и зайца, который действительно даже не вздрогнул у меня в руках, и лишь испуганно таращил на меня свои круглые глаза, — Не знаю, как наставник, но я от такого угощения точно не откажусь, — я запихнул свёрток в рюкзак, закинул его на плечи, свистнул Трезору, подхватил корзину с земли, которую поставил туда перед тем как начать собираться, и огляделся по сторонам. Со всеми этими приключениями я уже совсем забыл, в какую сторону мне идти.
— Вот по этой тропочке ступай, она и приведёт тебя прямо к дому, — правильно понял моё затруднение леший, и показал рукой на мало приметную тропку чуть в стороне. И готов был поклясться всеми богами, что ещё несколько минут назад её там и в помине не было, — До свидания! — попрощался я, и бодрым шагом двинулся к дому.
— Давай, бывай, паря, — уже в спину донеслось до меня, — Ежели нужОн буду, выйди к лесу, да кликни меня по имени, я и приду.
Я на ходу махнул рукой, и пошёл дальше. Трезор бодро скакал рядом, и иногда с видом превосходства взрыкивал на зайца, видимо, пытаясь того напугать, но тому было глубоко фиолетово на это.
— Это что? — с подозрением поинтересовался наставник, удивлённо уставившись на зайца.
— Заяц? — логично предположил я.
— Да ясно, что не олень, — отмахнулся он, — Почему живой?
— Дык, зайцам, вообще-то, свойственно быть живыми. Это же не стул какой там, или стол, к примеру, — сделал вид что не понял его намёки я.
— Издеваешься? — нахмурил он брови, — Я тебе что сказал сделать?
— Зайца принести. В каком виде — не уточнял. Я принёс. Какие проблемы? — вопросительно поднял брови я, — Так что если нужен, держи, или я отпускаю, — протянул я ему несчастное животное, мысленно предвкушая, какое сейчас будет цирковое представление.
— Пожалуй, воздержусь, — с сомнением ответил он. Блин, похоже, облом с моей шуткой, — А почему он квёлый такой?
Я не сразу понял, что значит слово «квёлый» и подозрительно глянул на зайца, тот вытаращился на меня, — Не знаю. Может, болеет?
— Думаешь? — Сергеич провёл рукой вдоль тушки зайца, — Да нет. Здоровый. Ладно, сделаем так. Там за баней клетки стоят. Посади в какую-нибудь из них. Потом решу, что с ним делать, — проворчал он, и ушёл, не дожидаясь моего ответа, подхватив корзину с грибами. Я вздохнул, но всё же пошёл выполнять команду. Шутка не удалась. А жаль.
Трезор мне компанию составлять не стал, и крутился вокруг пса наставника, явно призывая поиграть, но тот был выше всего этого, и на провокации не поддавался. Развалился посреди двора и безмятежно наблюдал за молодым товарищем, козликом скакавшим вокруг него.
Я засунул зайца в клетку, вздохнул, и поплёлся обратно. Сейчас ещё предстояло вычёсывать и кормить пса, и только потом можно будет самому поесть и уже лечь спать. В баню, пожалуй, сегодня не пойду, завтра помоюсь. Тут я как-то проще стал относиться к ряду бытовых вопросов.
Тот свёрток всё так же валялся в рюкзаке, и я ждал не дождался, когда уже попаду в свою комнату, и узнаю, что же мне там перепало. Главное, чтобы домовой опять истерику не устроил. А он может. Подружиться мне с ним так и не получилось, но лезть ко мне он перестал, вот только я чуял, что всё время нахожусь в доме под его присмотром. Не доверяет…
Я уже подходил к дому, когда из-за угла с тихим гулом выкатилась машина Сухого и клянусь, впервые в жизни я был рад его видеть! Вряд ли он просто так сюда притащился бы, а значит, скорее всего приехал за мной! — сделал я, как мне показалось, вполне логичный вывод, и поспешил к машине. Та затормозила у крыльца, на котором сложив руки на груди застыл наставник, двери машины открылись, и оттуда с одной стороны вышел Сухой, а с другой — какая-то совсем ещё молодая девушка. Вроде так даже очень ничего, рыженькая, — краем глаза подметил я, но мне было не до неё. Я готовился мчаться в свою комнату, собирать свои не многочисленные вещи.
