— А скажи-ка мне, сын, а что вообще происходит? — неожиданно озадачил он меня, — Я тебя в последнее время не узнаю. Ты был обычным добрым, пусть и молчаливым, ребёнком, не хватающим звёзд с неба, ничем не выделяющийся, кроме любви к спорту, но в последние пару месяцев тебя как будто подменили. Ладно ещё это твоё желание стать магом. Я бы мог на это закрыть глаза, если бы это ограничилось лишь твоими фантазиями, но ты же им стал! Но мало того… Меня вдруг назначают министром, нашу маму бесплатно лечит лучший целитель страны, и вот недавно я узнаю, что во многом это твоя заслуга, и император лично благодарит меня за тебя и твои неоценимые заслуги перед империей, а я ни словом ни духом не в курсе ни про эти заслуги, ни про то, что ты лично знаком с императором! А в довесок его личный помощник вдруг сообщает мне, что у императора на тебя большие планы, тебя берут на службу, причём такую, о которой я даже не имею право спрашивать! И это лишь то, что лежит на поверхности, и я даже боюсь представить, что ещё могу я не знать! Ты можешь мне всё это как-то объяснить? — он выжидательно уставился на меня, а я медленно накалывал жаркое на вилку, отправлял его в рот, и озадаченно думал, как же мне теперь быть? Что я вообще могу ему рассказать?
— Понимаешь, отец… — осторожно начал я, — Ты же знаешь, что такое государственная тайна?
Он лишь насмешливо фыркнул в ответ на это.
— Думаю, знаешь, — правильно понял его я, — И должен понимать, что многого я тебе рассказать не могу. Раз уже сам император не ввёл тебя в курс дела, то у меня тем более должен быть рот на замке. Могу лишь дать небольшую подсказку, — нерешительно продолжил я, чувствуя себя сапёром, пробирающимся по минному полю, — Помнишь, недавно в Москве был кипишь по поводу неудавшегося покушения на императора? Точнее даже, вооружённого переворота, который был успешно подавлен?
— Что ещё за вульгарное слово такое — кипишь, — недовольно поморщился отец, — Где твои манеры, Дмитрий? Но, впрочем, да. Естественно, помню. Нас это всех коснулось в той или иной степени…
— Так вот, — замялся я, — Мне удалось оказать императору кое-какую услугу, касающуюся этой попытки переворота, а всё остальное — это лишь последствия этой услуги. Большего я рассказать тебе не могу. Сам должен понимать, это не моя тайна, — развёл руками я.
— Понимаю… — задумчиво кивнул отец, отвёл от меня взгляд, и хлебнул кофе, — А ведь это многое объясняет… Я не в курсе, как ты тут оказался замешан, но если ты и вправду помог предотвратить этот мятеж, то неудивительно что император решил отблагодарить нашу семью, и в дальнейшем приблизить тебя к себе, а вслед за тобой потянется и наш род. И ты действительно прав. Об этом не стоит болтать лишний раз, — он вдруг встал, и протянул мне руку. Я недоумённо глянул на неё, но всё же тоже встал, протянул свою в ответ, и неожиданно отец притянул меня к себе, обнял, и похлопал по спине своими лапищами так, что чуть дух из меня не вышиб.
— Горжусь, тобой, сын! — пробасил он, отстранившись от меня, — Не посрамил род-то наш! Молодец! Служи и дальше на благо императора и нашей родины! — как-то излишне пафосно продолжил он, — Но не забывай, что мы — семья. Нужна будет помощь — обращайся. И я, и твои братья обязательно тебе поможем.
— Ага, спасибо, — растерянно пробормотал я, отец на прощание одобрительно хлопнул меня по плечу, и вышел из кухни. Я же вернулся к прерванному то ли завтраку, то ли обеду.
После плотной еды меня ожидаемо стало клонить в сон, я пошёл в свою комнату, по пути проверив, как там Трезор. Он уже вполне освоился, и весело гонялся за близняшками, которые с радостным смехом убегали от него. Только тут я сообразил, что есть ещё один огромный плюс в том, что я привёз его сюда. Сёстрам теперь явно было не до меня, и были все шансы на то, что ко мне теперь особо приставать не будут с просьбами поиграть. Я возрадовался, поспешил к себе, распахнул дверь комнаты, и уставился на наматывающего с суровым видом вокруг моего рюкзака Федьку, и развалившегося на моей кровати Баюна, ехидно наблюдающего за ним.
— Та-а-ак! — протянул я, зайдя в комнату, и плотно прикрыв за собой дверь. Ещё не хватало, чтобы тот же отец меня услышал, и не решил, что я сам с собой разговариваю, — И что здесь происходит?
Домовой бросил на меня какой-то опасливый взгляд, но промолчал, подошёл к стене, и вдруг стал биться об неё лбом.
— Здрасьте приехали… — озадаченно пробормотал я, и перевёл взгляд на Баюна, — Что это с ним?
— Не обращай внимания, — муркнул кот, и лениво потянулся, — Скоро пройдёт. В шоке он. Глубоком. Когнитивный диссонанс словил. Но, думаю, это не на долго. Наверное. Понимаешь, он только сегодня почуял, что в тебе проснулся дар потомков Кощея, а он вроде как от них дом должен защищать, а тут один из членов семьи им стал, а против хозяев дома он делать ничего не может. А ты ещё к тому же сюда проклятую вещь притащил, вот он и сбрендил окончательно.
