Кевину пришлось призвать на помощь все свое терпение.
— Если очень упрощать, можно, наверное, представить дело и так. — Склонив голову набок и откинув длинные рыжие пряди, он добавил:
— Труднее всего мне было не рассмеяться вслух.
Чипино погладил подбородок.
— Значит, это была шутка, — повторил он с озадаченным видом. — У вас, мидкемийцев, странный образ мыслей.
Он перевел взгляд на Мару и удостоверился, что слуги подали ей чоку. Они были приучены потакать прихотям гостей. Это окупалось сторицей. Любой противник смягчался, когда мог чувствовать себя как дома. Конечно, Мара пришла к нему не как противница, но правитель Чипино чувствовал, что он ей обязан, и не хотел оставаться в долгу.
— Госпожа Мара, если бы не храбрость твоих воинов и блестящая тактика боя, семья Ксакатекасов понесла бы еще более тяжкие потери. Мы этого никогда не забудем и готовы предложить щедрую и достойную награду.
Властительница была молода; обладая природными способностями, она еще не успела как следует закалить свой характер в Игре Совета. Сейчас это выразилось в том, что ее щеки залил пунцовый румянец.
— О властитель, солдаты Акомы делали только то, что подобает союзникам. Мы не ждем иной награды, кроме скрепления нашего союза публичной клятвой по возвращении на континент.
Мара потупилась и стала еще больше похожа на девочку. По ее челу пробежала легкая тень: правительница догадалась, что нужно попросить у Ксакатекасов чего-нибудь более существенного, чтобы не ставить их в ложное положение и в дальнейшем не рисковать их благосклонностью.
— Господин Чипино, — церемонно произнесла она, — за действия Акомы в поддержку твоего дома прошу тебя оказать мне ответную услугу: пообещай один раз проголосовать на заседании Имперского Совета так, как будет выгодно мне. Если, конечно, ты сочтешь это приемлемым.
Правитель Чипино удовлетворенно кивнул. Просьба была совершенно необременительна, а властительница не по годам скромна, если ограничилась таким пожеланием. Он немедля вызвал писца, чтобы изложить договор на пергаменте и скрепить печатью. От себя Чипино добавил:
— Я прикажу изготовить лучшие доспехи для этого варвара, чтобы в другой раз ему было сподручнее выдавать себя за караульного.
Кевин улыбнулся, оценив скупой цуранский юмор. Он знал, что ему никогда в жизни не будет дозволено носить доспехи, — они останутся у него как военный трофей.
Когда все вопросы были решены к взаимному удовольствию, Чипино хлопнул в ладоши.
— Мы пообедаем здесь, — сказал он и жестом дал понять, что приглашение относится и к мидкемийцу. — Поднимем кубки доброго вина, чтобы отпраздновать победу.
Мара проснулась от того, что ее тронули за плечо. Она перевернулась на другой бок и вздохнула.
— Госпожа, поскорее просыпайся, — шепнул Кевин ей на ухо.
— В чем дело? Еще рано, — сонно запротестовала она.
— Госпожа, — теребил ее варвар, — к тебе Люджан со срочным докладом.
— Что? — Мгновенно стряхнув сон, Мара села в постели и потребовала подать халат.
За тонким пологом в свете ночника, горевшего у входа, Люджан нетерпеливо мерил шагами ковер, держа под мышкой офицерский шлем. Пока Кевин в потемках нащупывал брошенные на пол шоссы, Мара уже скрылась за пологом.
— Что случилось? — Она сразу отметила волнение Люджана.
Военачальник отвесил торопливый поклон:
— Госпожа, поспеши. Думаю, тебе лучше увидеть это собственными глазами.
Любопытство сделало Мару покладистой. Она пошла за офицером, лишь на мгновение помешкав, чтобы сунуть ноги в сандалии, поданные слугой. Стоило ей остановиться, как сзади на нее налетел Кевин, босой, на ходу застегивающий пуговицы.
Однако госпожа даже не упрекнула его за неловкость. Все ее внимание было приковано к семи приземистым, коротконогим фигуркам, которые спускались по склону в непосредственной близости от лагеря. Их унылого цвета бурнусы были украшены бесчисленными нитками пестрых стеклянных бус, резными пластинками из рога и нефрита, а волосы заплетены в мелкие косички. Запястья обвивала цветная татуировка, похожая на браслеты.
— Неужели это вожди племен? — изумилась Мара.
— Вот и мне так показалось, — подтвердил Люд-жан. — Только почему при них нет охраны?
— Зови сюда правителя Чипино, — приказала Мара.
Военачальник лукаво склонил голову набок:
— Я уже взял на себя смелость это сделать.
Словно по наитию, Мара добавила:
— Прикажи часовым сложить оружие. Немедленно.
Люджан подозрительно скосился в сторону незваных гостей и повел плечами:
— Да помогут нам боги. После вчерашнего вероломства Тасайо у вождей мало оснований для миролюбия.
— Это мне только на руку, — быстро сказала Мара.
Вокруг лагеря часовые отвязывали от пояса ножны и опускали их на песок.
— Ты считаешь, вожди идут сюда с миром? — спросил хриплый со сна голос Чипино.
Властитель Ксакатекаса остановился рядом с Марой, поправляя сбившийся кушак халата.
— Надеюсь, — вполголоса ответила Мара.
— А если это не так? — не успокаивался Чипино.
