– Сразу все было странно, – нехотя признал Валерий Петрович. – Сама посуди. Ты фотографии с мест преступлений видела. Вот такой кровавый ужас устроил девятнадцатилетний парнишка. Представляешь? А ведь до этого у мальчика никаких отклонений не было. Ты теорию знаешь, про серийников. Так вот никаких тебе травм детства, насилия в семье и прочего. Да и вообще здоровый был, вполне себе адекватный парнишка. И такое… А еще… Не знаю, как объяснить. Во всем этом деле было нечто неправильное. Что-то такое… не человеческое.
– Это как? – не поняла девушка. – Фото я видела. Поверить, что это сделал человек, трудно. Ну… с точки зрения здорового восприятия мира. Но если мальчик был болен…
– Не был, – покачал головой начальник.
– Но тогда как? Ведь для всего должна быть причина! – настаивала Маргарита. – Даже в этих протоколах допросов. Там тоже есть о его психическом состоянии. О голосах в голове или о чем-то еще таком. Типа он верил, что им руководит демон…
– На самом деле не так, – совсем убито выдал Валерий Петрович. – Мальчик реально вызвал демона…
Звонок в дверь прозвучал около одиннадцати часов утра. Ровно в тот момент, когда Саня вышел из дверей ванной комнаты после принятия душа. Кому-то незваному повезло, так как ранее в квартире орала музыка, специально громко, чтобы ее можно было услышать за шумом воды. Этим утром Саня выбрал мюзикл «Моцарт», и, выключив проигрывание, чувствовал некоторое разочарование тишиной. И вдруг этот звонок.
На пороге стояла Маргарита. Она выглядела немного смущенной, держа в руках объемный крафтовый пакет с логотипом «Половины». А еще женщина явно была чем-то расстроена.
– Красивая женщина! – привычно радостно улыбнулся Саня. – Прошу.
Он отодвинулся, давая ей войти.
– Ты считаешь, мне важно, чтобы меня считали именно красивой? – суховато поинтересовалась она, шагнув через порог.
– Не так, – возразил мужчина. Он забрал у нее пакет, поставил пока на тумбочку, помогая девушке снять куртку. – Назвать женщину просто умной – это признать, что в ней нет других плюсов. Как назвать ее сильной, что нехорошо. А красивыми я считаю тех женщин, которые достаточно умны, чтобы при этом быть еще и привлекательными. Ну, знаешь, как у классика. В человеке все должно быть.
– Тогда спасибо, – подумав, кивнула Маргарита. – Я искала тебя в кафе, но там такой серьезный мужчина… Он немного суровый и строгий. Дал мне этот пакет и твой адрес. Я думаю, это завтрак. Странно, что мне также еще не выдали стаканчики с кофе.
– В «Половине» меня сегодня не будет, – пояснил Саня, изучая содержимое пакета. – А кофе здесь. Валя никогда ничего не забывает.
Он потряс в воздухе какими-то двумя блестящими конвертиками.
– Это не похоже на кофе, – чуть нахмурившись, заметила девушка.
Он усмехнулся.
– Идем на кухню. Покажу, как завариваются дрипы. Это пакеты-фильтры, куда уже засыпана нужная порция размолотого кофе. Надо лишь залить это кипятком и дать настояться. Будет вкуснее, чем после эспрессо-машины. Альтернативные способы заварки всегда дают более яркий вкус.
– Чувствую себя студенткой-первокурсницей, – произнесла Маргарита. Похоже, такая роль ей не нравилась.
– Привыкнешь, – пообещал Саня, а потом посмотрел на нее уже серьезно. – Только на самом деле ты в принципе чувствуешь себя погано. И не из-за кофе. Я работал ночью, собирался, как обещал, звонить позже. Но уже понятно, что все плохо. Или дело не только в этом?
– Не только, – призналась она, тяжело опустившись на табуретку. Маргарита выглядела сейчас откровенно несчастной и… виноватой. – Я узнала о том, что на самом деле случилось пять лет назад.
Взгляд Сани снова стал неприятно холодным, слишком внимательным, цепким.
– Странно, – прокомментировал он. – Не думал, что отец Сергий все же будет об этом говорить.
– Не он, – поспешила объяснить девушка. – Мой начальник. Валерий Петрович. Они дружили. И… Он все знал. Про тебя, про Давида и про твоего брата… Как он? – спросила следователь сочувственно. – Все еще в коме?
– Нет. – Мужчина поставил перед Маргаритой чашку с кофе, придвинул выложенный на тарелку сэндвич. – Я подписал все документы, и его системы жизнеобеспечения отключили три с половиной года назад.
– Не было надежды совсем? – Казалось, это ее потрясло.
– В его теле не было души, – сухо констатировал Саня. – Надежды тоже быть не могло. Сделка закрылась.
– Прости меня, – искренне попросила Маргарита.
Его взгляд наконец-то чуть потеплел.
– Я не злюсь, – сообщил он. – Я предупреждал о другом. От того, что ты узнала, плохо не мне, а тебе самой.
– Да, – честно признала следователь. – И от этого тоже. Но я должна была знать. Просто… То, что происходит сейчас, это похоже. Не знаю, почему. Чувствую. Все это… Неправильно. Ювелир, потом его брат вчера…
Она обхватила чашку ладонями, будто пыталась согреть об нее руки.
– Семен, – назвала она имя погибшего. – Это было страшно, я думаю. Перед смертью он будто с кем-то дрался. Сбитые костяшки, кровь… Вся одежда грязная. Он несколько раз падал, вставал, продолжал сражаться.
– С кем? – осторожно уточнил Саня.
