– Прошло двадцать с лишним лет, я стою перед тобой, без пяти минут прах, выполнил данное тебе обещание! Этого мало, чтобы ты отпустил прошлое и перестал, наконец, называть меня Наставником?! Паршивец мелкий, а ну относись к Старшему как подобает!
– Простите…
– «Простите!» – Он рывком взял посох обратно в левую руку. – Еще раз услышу – и Ми-Кель придется ждать тебя домой лишний десяток лет.
Ти-Цэ покивал, улыбаясь от уха до уха.
– Ладно, – проворчал Старший. – Буду ждать твоих сообщений из поселения о том, как у людей обстоят дела. Не тяните с отъездом, Помона нужна в Пэчре.
– Да, Старший.
– Хорошо. – Он сменил гнев на милость. – К слову, ты контактируешь с людьми куда больше и теснее, чем кто-либо из йакитов. Твои знания и навыки по этой части видятся мне и другим Старшим бесценными. У тебя неплохие шансы стать Старшим, может, правда, сначала придется долго отслужить на посту Посла, а потом уж и…
– Мне? Стать Старшим? – задохнулся Ти-Цэ. Он прижал ладонь к груди, в которой сердце пустилось в ускоренный бег. – Старшим?
– Не в ближайшем будущем, – отмахнулся он. – Не уверен, что хочу дожить до времен, когда ты будешь обращаться ко мне по имени… но такая опасность есть.
Ти-Цэ готов был поклясться, что Старший подмигнул ему тяжелым веком. В глазах у него потемнело, будто ночь нагоняла сновидение, которое выбралось в реальность без ее ведома.
– Однако, – повысил голос Старший и отвернулся к северной башне, вероятно, скрывая улыбку, – я лично прослежу, чтобы тебе не выдали форму Посла, пока ты не оставишь долине потомство.
Ти-Цэ с трудом справился с волнением и живо кивнул ему в затылок.
Старший сделал знак, что им пора двигаться в башню к Помоне.
– Старший, – окликнул его Ти-Цэ, пока тот не успел пересечь порог.
– Ну?
– Когда-то вы говорили, что не стоит обнаруживать перед супругами свою слабость, но в этом году я нарушил ваше наставление. И получил от жены поддержку, которая поставила меня на ноги. Я хочу сказать… Я согласен, что не все стоит рассказывать женам, многие проблемы их никак не касаются и вполне решаются самостоятельно. Но иногда рассказать им о какой-то слабости бывает необходимо, чтобы все расставить по местам и решить, как быть дальше. Иногда и признание слабости может быть силой, которую необходимо проявить, чтобы во всем разобраться.
Старший повернулся к нему.
– Вы ошиблись, – тихо сказал Ти-Цэ.
Около минуты Старший хмурился, напряженно рыскал глазами, но все же взял себя в руки и сухо откашлялся.
– Что ж… Может быть. В конце концов, времена меняются, а я всегда призывал лишь отталкиваться от моих знаний, приумножать их и действовать на свое усмотрение. Хорошо, что ты так поступил. Ты молодец.
– И самки понимают куда больше, чем принято думать, – продолжал он. – Ми-Кель с удивительной легкостью поняла все, о чем я ей рассказал, и в качестве помощницы она проявила себя самым достойным образом. Если бы не она, я бы не смог дать Помоне такого душевного представления о йакитах. Мне кажется, потенциал самок недооценен. И я согласен с Помоной в том, что у службы должно появиться несколько ответвлений, если мы действительно хотим найти в ней место женщинам.
– Не скрою, это интересно, – сказал Старший. – Думаю, мы это еще обсудим. Может, в кругу моих нынешних коллег.
– Старший?
– Ну что еще?
– Перед тем, как мы уйдем… Будут у вас все-таки какие-то поручения для меня?
– Одно я уже тебе дал. А ты не понял? – Он вновь оглянулся на него через плечо. Его глаза сверкнули. – Ты должен оставить потомство, теперь, когда все в порядке. Это приказ.
Ти-Цэ долго смотрел в глубину его испытующих глаз, и медленно, со значением кивнул.
– Хорошо, – удовлетворенно сказал Старший. – Уж будь добр. В кратчайший срок.
Одной большой компанией они вернулись в Плодородную долину пешком, и остановились на развилке, чтобы обменяться прощаниями.
Ти-Цэ отвесил Старшему подобающий его статусу поклон и с куда менее официальным видом поблагодарил его за все, что он для него сделал. Затем почтительно поклонился сдержанно улыбнувшейся ему Ама-Ги и отступил в сторону, чтобы Старший и Помона могли пожать друг другу руки.
– До свидания, дорогая Помона, – сказал Старший. – Очень надеюсь увидеть тебя вновь на общем совете. И даже чуть раньше – нам будет, о чем поговорить.
– Спасибо. Я привезу хорошие новости, Ат-Гир.
Старший просиял.
– Буду ждать с нетерпением. Отправляетесь в путь немедленно?
– Полагаю, да. – Она вопросительно обернулась к Ти-Цэ. Он отвел глаза и кивнул. – Только… нам нужно уладить кое-какие дела, но много времени это не займет. Еще до наступления вечера мы покинем ваши плодородные земли. – И добавила: – Буду скучать.
– В нашей долине ты всегда будешь желанным гостем, Помона. И не беспокойся: отныне популяция имэн под контролем, больше они тебя не потревожат. Счастливой дороги. Без происшествий и скуки.
Помона улыбнулась и кивнула. Взгляд Старшего вновь выцепил Ти-Цэ, подсказав ему сделать шаг вперед.
