Глаза Артема приковались к моему заду, и он пару раз судорожно сглотнул. Я улыбнулась. Похоже, что надо было раньше выйти на свет, возможно, мы с Масудом нашли именно того, кто нас освободит.
- А почему ты спросила про Шахерезаду? - спросил Артем.
- Ты помнишь, почему она начала рассказывать царю Шахрияру свои сказки?
- Ну, типа, там. - замялся Артем.
- Базарь, когда тебя спрашивают, хуило с багдадского базара. Чего ты яйца мнешь? -проприщал Масуд, и добавил. - Гуля, ты глянь, он и в самом деле яйчишки разминает.
Артем покраснел и отдернул руку. Я лишь улыбнулась, когда кончик его члена показался наружу. Он пригодится. Чуть позже.
Пока же новый господин, да не расточит кариес его зубы, положил ногу на ногу и скрестил руки на груди. Этакий бука без штанов, но в футболке.
- Я не помню точно, вроде он брал в жены невинных девушек, а на утро отрубал им головы,
- ответил Артем.
Я потянулась. Легкая газовая ткань натянулась и очертания грудей проявились отчетливее. Артем снова сглотнул. Эх, чувствую, что срок моего пленения заканчивается и вскоре я обрету свободу.
И наконец смогу избавиться от Масуда!
- Всё верно, малыш, - проговорила я таким соблазнительным голосом, что Артем ещё раз сглотнул. - А почему он так делал? Не знаешь? Так вот, его первая жена изменила ему с черным рабом.
- Я не раб, а личный помощник по клинингу и дезинфекционным работам, - возмутился Масуд.
- Как ты себя не называй, но как был рабом, так рабом и остался, - напомнила я о месте черной крысы.
- Подумаешь - вторгся один разок в царские райские кущи... Так ты сама постоянно на это намекала. То за хуй дернешь, то за жопу укусишь, - пробурчал Масуд.
Артем с удивлением взирал за нашей перепалкой. Он уже успел полностью успокоиться и его дыхание стало ровным, как самаркандский песок на закате. Новый господин переводил взгляд с крысы на меня и обратно. Его уже не удивляло то, что мелкое животное болтает. А мы в тот момент снова затеяли привычную перепалку, которая всегда заканчивалась общей обидой и пожеланиями облысеть. Обиды хватало ровно на три дня.
- Я намекала? Да это ты.
- Стойте-стойте-стойте! - окрикнул нас Артем. - Я правильно понял, что ты его первая жена, а ты тот самый черный раб?
- Не раб, а. Но суть ты всосал верно, - кивнул Масуд.
- Да, я первая жена персидского царя. Зовут меня Гюльзахра. Можно просто - Гуля. В сказке сказано, что Шахрияр нас убил, но он поступил гораздо-гораздо хуже. Он проклял нас перстнем царя ифритов и наказал вечной жизнью. Меня он сделал джиннией, а Масуда крысой. Впрочем, жизнь Масуда от этого не сильно изменилась, - сказала я.
- Ты чо опять начинаешь? А? Забыла, как последний раз я тебе в туфли насрал? - оскалился Масуд.
Артем хлопнул ладонью по полу, привлекая наше внимание.
- Хватит вам собачиться. Я понял, что вы прокляты и должны оставаться такими вечность. Но вот одного не могу понять - какого черта вы ко мне на кухню-то приперлись? И почему у меня из крана огненные струи льются? Ваших рук дело?
- Да, - я не стала врать. - Это моих рук дело. Когда ты упал, то нечаянно потер мою лампу. Ты стал моим новым господином, и я должна исполнить семь твоих желаний, а за это ты даруешь мне свободу. Такое условие поставил нам Шахрияр в наказание за наше преступление.
Артем явно не поверил нашему рассказу. Он начал озираться по сторонам:
- Где стоят скрытые камеры? Кто это меня разводит? Толян? Пузырь? Голыш? Выходите! Задолбали со своими приколами.
- Это не приколы, Артем, - я протянула руку новому господину. - И ещё есть небольшой пунктик в проклятии - я могу творить волшебство только если заряжусь той самой энергией, которую получают люди из твоих любимых фильмов.
Артем невольно посмотрел за мою спину, там на экране могучий варвар доказывал свою мужественность королеве с такими большими грудями, что они могли сделать честь дойной корове. Потом они поменяли позу и уже королева начала доказывать свою покорность и женственность.
- Этой энергией? - Артем кивнул на экран.
- Да, и чем больше я её получу, тем сильнее смогу сделать чудо. Если не веришь, то поцелуй меня.
- Да ладно! Я всё равно не верю - это развод! - Артем попытался улыбнутся, но улыбка вышла жалкой и пресной, как последняя лепешка бедняка.
- Да ты реально задолбал! - пискнул Масуд. - Тут перед тобой всю масть выложили, а ты нас всё за фуфлыжников держишь. Всё, достал! Гулька, если чо - я у тебя в лампе. Надо покемарить, а то давление подскочило и вообще... если сейчас не сдерну, то за себя не ручаюсь. Хлебальник этому лоху могу поломать нечаянно.
- Только ничего там не трогай, - кивнула я в ответ.
- Базаришь, - хмыкнул Масуд и вытянулся на задних лапах.
Он становился выше и тоньше. Тянулся к потолку и истончался с каждым сантиметром. Черная крыса становилась прозрачнее и прозрачнее, пока он не превратился в создание, сотканное из дыма. Темный дымок, как от горящего сухого верблюжьего помета, поднялся в воздух и поплыл по направлению к пролому в полу. Там всё ещё лежала моя лампа и ждала момента, когда её вынут наружу.
