— Мери тебе нездоровится? — Бель поднесла фонарь чуть ближе к моему лицу. — Что-нибудь болит? Я зелье могу сварить от головы, от желудка. Ингредиенты только нужны…
— Нет, всё хорошо, — запротестовала я и отступила на шаг. — Пойдём.
— Значит, я убираюсь? — не унималась колдунья. — Ты покажешь, где ведра, тряпки?
— Да, да. Пойдём, а то рассвет скоро. Не знаю, как ты, а я умираю с голоду. Может, ещё успеем что-нибудь пожевать перед сном.
Камни шуршали под ногами, фонарь монотонно раскачивался. Свет больше бил в глаза, чем показывал дорогу, но без него мы вообще заблудились бы. Да, я помнила каждый поворот тропинки наизусть. Но в голове такой кавардак творился, что дважды чуть не свернула в болото. Наконец, башни замка закрыли луну. Чёрные исполины на фоне тёмно-серого неба казались тенями богов. Бель восхищенно ахнула и пошла быстрее. Дом, милый дом. Жить нам там с ней, судя по среднему возрасту колдунов, предстоит очень и очень долго. До меня только сейчас дошла эта мысль. Родители состарятся, бабушка умрёт, Нико отрастит пивной живот и обзаведётся внуками, Елена станет почтенной женщиной, а я останусь такой же молодой. Ещё сто лет, и надгробия на их могилах зарастут мхом. А я буду поднимать воду из колодца и готовить Карфаксу ужин.
— Бель! — позвала я, побежав за ней. — А сколько лет учатся колдуны?
— Не знаю, — в темноте раздался её звонкий смех. — Колдовских книг много. Читать и читать!
А ведь ей восемьдесят лет. С ума сойти можно.
Карфакс открыл замковые ворота. Знатно тут расколдовался, раз механизм не пострадал. В чёрном проёме главного входа виднелся колодец и фонарь над ним. Намёк мне, что не натаскала воды?
— Учитель ждёт нас, — восторженно пропела Бель и рванула туда.
Я поздно сообразила, что нужно спешить за ней. Не почувствовала в тот момент опасности. А могла заметить голубые искорки, пробежавшие по рукам.
— Колодец, как у нас, — радовалась колдунья. — Невероятно! Точно такой же.
Слишком громко. Слишком глупо. Птичка угодила в магические силки, как когда-то умудрилась я.
Шар лежал в пустом ведре. От голоса Бель в глаза ударил яркий голубой свет.
Мне казалось, всё вокруг замка дышит магией. Каждый шаг давался легче предыдущего, меня буквально наполняло чем-то тёплым и ласковым — это магия струилась по венам. Мать рассказывала, что древние замки маги себе строили в особых местах, но я и представить не могла, что ощущения будут настолько необычными.
Хотелось бегать, кричать, танцевать как в лесу, когда никто не видит. Будто бы солнце нагревало полянку, можно было носиться по траве босиком и петь незамысловатые песни. Вот я и рванула к колодцу. Точно такому же, какой был у нас. Частичка прошлой жизни порадовала. Я заглянула в ведро и замерла. Из пустой посудины шло мягкое голубое свечение. Ведро мелко вибрировало. Я как зачарованная смотрела на светящийся голубой шар.
— Я съем свои башмаки, если это не магический артефакт! — воскликнула я, с удивлением наблюдая, как после каждого слова шар сильнее вспыхивает. — Он реагирует на слова? А зачем он нужен?
Я обернулась к Мередит, по бледному лицу соученицы поняла, что случилось нечто страшное. Настолько неприятное, что ответить она не могла: хватала воздух ртом и хлопала ресницами. Сердце пропустило несколько ударов, а потом забилось, словно желая наверстать упущенное. Я медленно отступила от опасной находки и стала искать, чем можно защититься. Второе ведро? Полено, неизвестно как оказавшееся здесь? Глупости. Магия — не пчелиный рой. Она проникает сквозь любые преграды.
— Мери, — позвала я, — ты ответишь?
Где-то с невидимым звоном упала последняя капля. Стены замка затряслись, земля ушла из-под ног. Падая, я успела увидеть то самое полено прямо под головой, а потом меня проглотила пустота.
В ушах не звенело, боли не было. Только то чувство, когда хочешь проснуться и не можешь.
— Ну и зачем? — громко спрашивала девушка, чем-то похожая на Мередит.
Нет, не она. У соученицы нотки мягче. А эта совсем злая.
— Ты думаешь, я бы рассказал ей тайну шара просто так?
Господин Мюррей. Его голос звучал тише, но я узнала. Голова оставалась тяжёлой — не поднять. Даже глаза не открыть.
— Тайну можно было не рассказывать совсем, — продолжала сердито выговаривать собеседница мага. — Хватит двух хранителей. Зачем ломать девочке жизнь? Приковывать к замку?
— Она сама захотела учиться. А шар, как ты помнишь, давно часть замка.
— Часть меня, часть вас. И всё потому что забирает нашу силу. Вы ему третью жертву на корм привели? Господин Карфакс, это подло!
Опять это странное имя. Кто и когда мог так называть учителя? Его-то голос я ни с кем не спутаю…
— Это ради её блага. Думаю, Анабель будет приятнее знать, кто питается её силой, чем пребывать в неведении.
— Да? А то, что шар её убьёт, если Анабель о нём проговориться — это как? Тоже приятно?
— Не кипятись, Мередит, артефакт себя защищает.
— Вы его таким сделали! Из-за вас он способен на что угодно! Ещё и уничтожить не можете. Тоже мне, великий колдун.
— Мери, ты забываешься!
От резкого окрика у меня заболела голова и глаза, наконец, открылись.
