Ну вот. Как обычно. Манипуляции младшей сестры, которые всегда на мне срабатывают. Сначала обнимет и признается в любви, а потом начнет что-то просить.
— Предположим, — ответил я и внимательно уставился на Таню. — А что?
Девчонка сделала щенячьи глазки и взяла меня за руку.
— Раз у ж я могу делать все, что хочу, то купи мне, пожалуйста, книгу, которой нет в моей учебной программе. Хочу почитать что-нибудь… неклассическое, для себя.
Я тяжело вздохнул.
— Ну говори уже, какую книгу хочешь. Я же знаю, что ты уже выбрала.
— Маргарита Вельде. Новый роман. Она точно должна быть во всех книжных.
Я удивленно покосился на сестру.
— Вот уж не предполагал, что ты у нас поклонница любовных романов.
— А что? Мне уже можно такое читать!
— Ладно, куплю.
Забавно, что Таня очень точно угадала, что именно сегодня я собирался в Выборг.
— Спасибо! Спасибо!!! — Она осеклась. — Только не говори маме! Ей такое не нравится…
Ну разумеется. Матушка-то наша считала подобную литературу совершенно бесполезной и не разрешала Тане тратить на нее время. Но мне порой казалось, что с дочерью она была еще строже, чем со мной и Виктором. Выше требования, больше ограничений, меньше свободы действий. И не потому, что Таня была младше — просто она была дочерью. Многие дворянские Дома до сих пор старались всячески оберегать своих девиц.
— Не скажу, не волнуйся. — Я поднялся и убрал поднос. — Сейчас мне пора, но я зайду попозже. И постарайся не пугать лекаря обилием вопросов. А то он еще подумает, что ты хочешь стать маголекарем.
— Так уж и быть, пощажу.
Сестренка улыбнулась, а я, чмокнув ее в щеку, вышел из ее комнаты.
В коридоре меня уже дожидался один из лакеев, приставленный прислуживать на мужской половине.
— Алексей Иоаннович, прошу прощения…
— Да, Петр?
— Вас желает видеть Виктор Иоаннович.
Я удивленно приподнял брови. Ну чего еще ему опять приспичило?
— А сам Виктор Иоаннович сегодня плохо себя чувствует?
Лакей смутился.
— Прошу прощения, ваша светлость. Вроде бы нет… Мне так не показалось.
— В таком случае меня удивляет, что Виктор Иоаннович не может преодолеть половину этого не такого уж и большого дома лично, чтобы меня увидеть.
Лакей окончательно растерялся.
— Простите, ваша светлость, я лишь передаю приказ… Мне велено подчиняться любой воле его светлости…
— Да не переживайте, Петр, — улыбнулся я. Я найду его светлость. — Благодарю вас.
Лакей поклонился и поспешил убраться по своим делам. Я прекрасно понимал слугу — бедняга оказался меж двух огней. Многие в доме привыкли к тому, что я часто оказывался единственным мужчиной из семьи, а получение Черного Алмаза еще сильнее укрепило мой авторитет. Но Виктор все еще считался наследником, и официально этого решения никто не менял. Так что главенство признавалось за ним, пусть внутренние ощущения слуг иногда и диктовали им иное.
Я вздохнул, расправил слегка помявшийся жакет и направился в мужскую половину дома. Мне было прекрасно известно, где можно найти Виктора.
По дороге через холл я столкнулся с лекарем и кивнул в ответ на его приветствие. Здесь же была Аграфена, раздававшая распоряжения заметно сократившемуся штату слуг. Я же направился дальше, в библиотеку. Виктор воспользовался случаем и сейчас просиживал дни, изучая нашу коллекцию книг.
— Это Алексей!
Для вежливости я постучал в дверь и, дождавшись позволения, вошел и закрыл за собой двери.
Виктор восседал за обитым сукном столом в окружении высоких, до потолка, шкафов. Надев белые перчатки, он изучал один из старых трактатов по магии, которые нам довелось приобрести в первом издании. Увидев меня, Виктор оторвался от книги и жестом велел мне сесть на один из стульев.
— Зачем ты меня звал? — спросил я.
Виктор поднял на меня глаза поверх очков.
— Мне доложили, что ты велел подготовить автомобиль для поездки в город, — сухо сказал брат. — Я отменил твою поездку.
Какого дьявола?
Я откашлялся и, приняв любезное выражение лица, уставился в глаза старшему брату.
— Позволь осведомиться, почему?
— У меня прямое дозволение от отца защищать вас с Татьяной, — брат скрестил руки на груди. — Поскольку охраны отрядили слишком мало, а за тобой тянется хвост покушений, я не считаю разумным отпускать тебя в Выборг.
Я устало потер глаза.
— То есть ты так заботишься о моей безопасности, братец?
— Конечно!
Ага. Неужели он действительно полагал, что его опека оградит меня от неприятностей, если они решат меня найти? Это было просто смешно.
— Или, быть может, ты просто хочешь насладиться кратким моментом власти, которой формально надо мной обладаешь? — улыбнулся я.
Виктор первым делом разыграл оскорбленную невинность.
— Да как ты…
— А что? — пожал плечами я. — Ты уронил свой авторитет в глазах родителей, в том числе благодаря мне. У тебя есть повод на меня злиться, хотя, будем откровенно, обижаться здесь ты можешь только на себя и свой характер. А сейчас ты пытаешься выслужиться перед родителями, теперь уже за мой счет.
Брат схватил руками за края стола и подался вперед.
