А кто-нибудь из вас знает, почему китайскому художнику труднее всего было рисовать собак и лошадей? Ведь вроде бы проще простого, помнится, Репин в известной байке предлагал абстракционистам нарисовать "лошадку" — подразумевая самое элементарное.
Почему же собачки и лошадки?
На самом деле притча, процитированная Юзефовичем, дословно повторила реплику одного очень известного китайского художника, с которым я общался во Владивостоке.
Он сказал именно это — «Сложнее всего рисовать лошадей». Правда, этому предшествовал рассказ об особенностях китайской живописи.
Во-первых, традиционная китайская живопись (го хуа) — родная сестра каллиграфии. Они вместе родились, вместе развивались и вообще очень схожи. Вы когда-нибудь видели, как пишет мастер-калиграф?
Очень быстро, буквально одним движением, часто — не отрывая кисти от бумаги. Именно поэтому для написания каждого иероглифа испокон веков искались лучшие способы написания — вроде наших детских головоломок «обведи рисунок не отрывая ручки от бумаги (отсюда же все эти «
Примерно то же самое и в живописи. Китайские художники рисуют ОЧЕНЬ быстро. Европейский художник, который мазнет, отойдет, посмотрит, подумает, еще мазнет с точки зрения китайца — человек с прямо-таки идеальными условиями для работы. Китайцы себе такого позволить не могут.
Во-первых, своей тушью по бумаге они пишут сразу же набело — никаких тебе набросков, никаких мазков поверх. Одно неверное движение руки — и выбрасывай всю картину. Отчасти это связано с техникой — китайцы пишут тушью по мокрой бумаге, и картина должна быть закончена до того, как бумага высохнет. Фраза «Над этим полотном я работал три года» вогнала бы китайца в мозговой клинч.
Поэтому писать надо, с одной стороны, очень быстро, с другой — очень уверено. Они потому и рисуют тысячи лет ветки сливы, что давно разработан специальный алгоритм — как писать ветку, каким образом рисовать цветы — малозначащие, «технические» операции давно «автоматизированы». Отсюда и крайняя специализация — какие «алгоритмы» освоил, в тех и работаешь. Если ты специализируешься на "цветах и птицах", то просто не сможешь писать, к примеру, горы. Но вообще-то специализация еще уже. Есть художники, которые, работая в жанре "цветов и птиц", предпочитают изображать только цветок меньхуа или бамбук. И все. Так, например, знаменитый художник XVIII в. Чжэн Баньцяо всю жизнь рисовал лишь бамбук, орхидеи и камни. Ничего другого просто не умел.
Но зато если что умеют — то в совершенстве. Техника отшлифовывалась столетиями. Как определял китайскую манеру наш известный мультипликатор Норштейн (если не ошибаюсь) — «
А так как рисовать приходится как ошпаренному, а держать всю картину в голове — не то чтобы невозможно, но крайне проблематично, то огромное значение приобретает возможность рисования с натуры. Го хуа практически всегда пишется с натуры — чтобы не вспоминать судорожно как это все выглядело, а иметь возможность посмотреть — как это рисовать. И с этой точки зрения, как вы понимаете, собаки и лошади — самый неудобный объект для рисования. Они постоянно движутся, они вечно в динамике. Это не горы с водопадом, не ветки, и даже не птицы, которых рисовать все-таки значительно проще. Этих поганцев нужно схватывать сразу, «фотографировать» мозгом. Задача для настоящего мастера.
Ну и последнее — именно из-за «скоростного режима» каждая картина — это мгновенный слепок, своеобразная фотография настроения художника. Все китайские картины «сиюминутны» по определению, этим и интересны. Полная аналогия с поэзией — стихи это слепок настроения и их не пишут годами. Именно отсюда и растут уши «четырехэлементности» китайской живописи.
На всякий случай напомню, что собственно рисунок — лишь один из элементов картины. Настоящая китайская живопись — это обязательное сочетание, неразрывный сплав четырех элементов: собственно рисунка, авторского названия картины (которое может перевернуть трактовку с ног на голову), личной печати художника и стихотворения. Художники всегда сопровождали картину стихотворной надписью, выполненной в каллиграфическом стиле, в которой выражали свой душевный настрой либо свое отношение к предмету изображения.
Такая вот не то живопись, не то какое-то особенное синтетическое искусство.
Недавно заспорил с коллегами-журналистами о популярном в последнее время лозунге "Публичный человек не имеет права на частную жизнь".
И вот что я хочу сказать.
Во-первых, напомнить всем звездам известное высказывание Мэтта Дэймона:
У меня с папарацци негласный уговор: я не буду делать ничего для вас интересного, а вы не будете ходить за мной по пятам. И знаете, это работает.
А во-вторых, рассказать одну историю.
