Машинально разбирая оставшиеся документы в синей папочке, я раздумывала, что делать. Разложив и отложив всё нужное и не нужное, я решила съездить и посмотреть эту квартиру, а потом уже решать, что делать дальше. Конечно, это не в область ехать, но в противоположную часть города, почти в пригород. Опять нужно ехать с Романом и занимать его выходной, потому что на неделе не получится. Одной, почему-то мне ехать не хотелось, а папу в это вмешивать тем более. Надо будет дать Роману премию за переработку, а если он занят на выходных, то поеду сама. Отца брать с собой я точно не буду. Справлюсь, не маленькая, вызову такси, хотя с Романом надёжнее.
В оставшееся время до вечера решила приготовить ужин, а потом обсудить свою находку с отцом и поговорить с Романом по поводу еще одного несвободного рабочего выходного, на этот раз, думаю, управимся до обеда.
Пока готовила ужин, большую домашнюю пиццу, чувствовала небольшое подташнивание, которого раньше не замечала, но особого внимания я на это не обратила. Нервы – всё это нервы. Вот желудок и сбоит. Надо пропить пустырника, что ли, а то совсем я расшаталась, даже от запаха любимого сыра уже тошнит.
Следующая неделя пролетела в обычных делах и заботах и вот мы стоим перед дверью подъезда Юркиной квартиры на Малинниках. Естественно, я приехала сюда с моим «служебным» Романом, который, даже не дав мне договорить, коротко сказал, что едем вместе. Было начало июня, и мы выехали пораньше в летнее субботнее утро, чтобы уже к обеду вернуться домой. Приехать, посмотреть и обратно.
Ключи от квартиры я нашла в Юркиных вещах, которые отцу отдали в больнице. Они всё это время так и лежали в коробке в кладовке, потому что у меня не было ни желания, ни времени посмотреть, что в ней там находилось. Я не была точно уверена от этой ли квартиры были ключи. Но от чего еще могли быть три ключа, о которых я не знала и один из которых явно от домофона?
Мы подъехали в начале десятого, припарковали машину у нового жилого благоустроенного комплекса, в котором, судя по адресу в документах, и находилась эта квартира.
И так – час истины. Я приложила ключ к домофону, и он пиликнул, давая знать, что дверь открыта и можно входить. Значит я не ошиблась и это ключи от его новой квартиры.
Поднявшись на третий этаж, я открыла верхний замок двери с указанным номером одним из подошедших ключей. Я, почему-то, и не подумала позвонить в дверь. Документов на аренду не было, во всяком случае я их нигде не нашла, а значит тут никого не должно быть.
И вот мы вошли в квартиру. Что я думала тут увидеть? Стены без мебели или хорошую обстановку? А может нелегальных квартирантов или еще что? Всё что угодно, но только не то, что увидела, хотя, квартиранты тут были, но не те, о которых я думала.
Видимо, пока я подбирала ключи разбудила шумом возни с замком неожиданных жильцов или постояльцев.
Примерно в одно и тоже время в широкой прихожей с довольно вместительным шкафом-купе для верхней одежды с большим зеркалом на выдвижной дверце появились мы с Романом и быстро запахивающая коротенький шелковый халатик моя уже знакомая гостья. Я зашла первой, а Роман последовал за мной, находясь чуть левее.
Мы молча стояли, глядя друг на друга широко раскрытыми от удивления глазами. Я не знала как на это реагировать, хотя уже и начинала догадываться о том, что она здесь делает.
Не знаю сколько бы времени мы еще так и стояли таращась друг на друга, пока не услышали не очень громкий звук. Это Роман, который обычно был немногословен, присвистнул, выражая своё удивление происходящим. Этот звук вернул нас всех в реальность.
- В моём доме не свистят! Здесь живут приличные люди! Чего вы сюда припёрлись! Да еще и в такую рань! – недовольно скривив, явно, накаченные губы прошипела змеёй «типагражданскаяжена» Юрки – Жанна. Как там её … Бивень или Пивень?
Услышав, как хмыкнул на её замечание Роман, я слегка толкнула его локтем, чтобы он особо не веселился, потому что мне было совсем не весело, а скорее на оборот. Юрки больше нет, и он уже ничего не объяснит, а всю эту ситуацию нужно как-то разруливать. Но вот сейчас я совсем не была готов к этому. Просто и подумать не могла о чём-то подобном.
- Может мы всё же пройдем в комнату и поговорим … нужно все же разобраться, что вы тут делаете и вообще…, - спокойно предложила я.
- Вы никуда не пройдете! – взвизгнула дамочка, поставив руки в бока, распахивая халатик и обнажая свои прелести. – Это моя квартира! Так что – на выход! – продолжила она почти на ультразвуке, показывая одной рукой, куда нам нужно двигаться, а другой пытаясь вернуть на место непослушную ткань, слабо прикрывающую то, в чём мать родила.
Я не успела ничего ей ответить, как из комнаты послышалось «пууууськ», а затем и показалось то, что так защищала своей грудью дамочка, не разрешая пройти туда.