- Вот! И футболку. И джинсы. У вас есть еще одни джинсы?
Джинсы были, серые, и, как оказалось, немного тесноватые. Он набрал пару кило за последнее время.
- Отлично, - сказала Санса, когда он вышел в гостиную, уже переодетый. – И пальто. Там прохладно сегодня.
Петир чувствовал себя довольно неуютно в этой одежде, но она была права – так они не сильно бросались в глаза. Их можно было принять за отца с дочкой, отправившихся за рождественскими покупками. Он поморщился от этой мысли.
- И еще одно, - сказала Санса уже в дверях. – Ваша прическа.
- Что? Что не так? – удивился он.
- Может, немножко… - она замялась. – Ну, не так… прилизанно?
- Прилизанно? – он оглянулся на зеркало.
- Немного неформальности придать, а? – Санса с надеждой посмотрела на него.
Петир не нашелся что ответить. Еще раз оглядел себя в зеркале, потом запустил обе руки в волосы и взъерошил их. Она чуть не подпрыгнула от восторга. По всей видимости, ей очень нравилось «преображать» его. Настоящий ребенок, ей богу.
- Пойдет?
- Ага, – кивнула она, улыбаясь. – Вам так идет. Вы моложе выглядите. А у вас есть еще одни очки?
- Санса!
- Все, все, - засмеялась она. – Пойдемте.
***
В клинике ей сделали МРТ, взяли кровь на экспресс-анализ, измерили давление, светили фонариком в глаза и провели пару тестов. Врач, молодой, с густой бородой и глянцевым бритым черепом, сказал, что все в порядке.
Он был очень вежлив, но Петир видел подозрение в его глазах. Внушительная сумма, которая осела на счету клиники, не позволяла врачу проявить нечто большее, чем просто взгляд.
Санса была молодцом. Щебетала без умолку, смеялась, корила себя за рассеянность – они придумали историю, будто ей прилетел в лицо баскетбольный мяч. Она была так искренна и очаровательна, что лысый бородач заметно расслабился. Они не сказали о своих родственных связях, но, скорее всего, их приняли за отца с дочкой. Или за дядю с племянницей.
- Все же я бы посоветовал пару дней покоя, – сказал врач, вручая им рецепт каких-то укрепляющих таблеток.
Санса скривилась.
- Хорошо, - кивнул Петир, укоризненно посмотрев на нее. – Посидеть дома ей не помешает. Может, хоть за учебу возьмется.
Врач улыбнулся и попрощался с ними.
- Это было здорово! – сказала Санса, когда они вышли на улицу. – Я почувствовала себя шпионкой!
- Здорово? Мы наврали им, - усмехнулся Петир.
- Не во вред никому, - парировала она. – Но мы были как заговорщики. Как два двойных агента на задании.
Он покачал головой, умиляясь ее детской непосредственности. Рассудительность взрослой женщины и сильный характер удивительным образом перемешивались в ней с наивностью и еще совсем подростковым восторгом.
Это, впрочем, выглядело очень мило.
- Предлагаю пройтись по магазинам и купить тебе что-нибудь. А потом погуляем в центре. Как тебе?
- Здорово, - кивнула она. И сунула руку ему под локоть.
***
Ему стоило больших усилий убедить ее позволить ему оплатить покупки. В конце концов, они договорились, что он вычтет сумму из ее будущей зарплаты.
В окружении платьев, костюмов, кофточек и туфель, в Сансе проснулся шопоголик, который до поры до времени дремлет в любой женщине. Петир уже откровенно заскучал, когда они третий час ходили из одного магазина в другой, а она примеряла без конца разные вещи, надолго пропадала в примерочных кабинках и болтала с продавщицами. Он рисковал вывихнуть себе челюсть, зевая, сидя на диванчике в углу, в окружении нескольких таких же собратьев по несчастью.
- Ненавижу, - сказал ему полноватый, средних лет мужчина, с кряхтением усевшись рядом. – Почему нельзя купить это тряпье самой? Зачем тащить меня? Я же не тащу ее на матчи «Giants»!
Петир усмехнулся. Так стереотипно – мужчины ждут женщин в магазине одежды, но ему было очень хорошо и спокойно.
- Жена? – спросил здоровяк.
- Что? – не понял Петир.
- Жену ждешь?
- Эммм… Ну да, - сказал Петир. – Жену.
Он сам не понял, зачем соврал. Но назвать Сансу дочерью он не смог.
- И я. Все нервы с утра вымотала своими шмотками. Знаешь, я хочу запатентовать передвижной мини-бар со встроенным телевизором. Разместить в каждом подобном магазине. Подкатываешь его, достаешь холодное пиво, и пусть наряжается хоть до вечера. Как тебе?
- Гениально, - сказал Петир. – Только в общественных местах нельзя пить.
Санса показалась из кабинки и мир вокруг на секунду замер. И звуки пропали. На ней было красное платье – не вечернее, обычное повседневное платье, чуть выше колена, легкое, яркое, придававшее ее белой, как у всех рыжих, коже красноватый оттенок. Рыжие волосы из хвоста смешно растрепались, торчали за ушами, а губы – он знал, что на них нет помады, были цветом один-в-один как это платье.
Он никогда не видел никого прекраснее.
- Ну как? Вообще-то, совсем не по сезону, но на него хорошая скидка.. И потом, мне идет. Да? Мне, кажется, идет, - смущенно спросила она, подойдя ближе.
- Идет, - кивнул Петир. – Очень идет. Покупай.
Санса улыбнулась и ушла.
