Она приготовила своему мужу, вперемежку с колдовскими заговорами, изумительное волшебное зелье, использовав для него самые невообразимые продукты и невиданные приправы. Готовила она подобное изысканнейшее снадобье со всем душевным старанием и добросердечием, на какие только была способна, и если при этом она не добилась полного совершенства, то, - что ж поделать! - придется надеяться, что Феррагамо простит ей этот небольшой изъян. Их родственные отношения были основаны на проверенных временем дружбе, уважении, доверии, а также на продолжающемся, несмотря на годы, влечении друг к другу.
Кория часто сообщала чародею такие сведения об окружающей действительности и прививала ему такие качества, которые ему были чрезвычайно полезны и нужны для знания жизни. Так, например, она научила его смеяться. Одним словом, это была идеальная пара.
Снова повернувшись в сторону Эрика, самого старшего из сыновей короля Асера, Феррагамо предложил:
- Может быть, вам следует подумать и соблаговолить перебраться на остров Хилд? Родственники леди Фонтэн, конечно же, заинтересованы в вашем спасении, и я уверен, вас примут там с радостью.
- Нет, - ответил на это Эрик, - я хочу остаться здесь и продолжать бороться. Эти выскочки не могут знать, что мы находимся здесь, и, кроме того, им не так легко будет оставить королевство без присмотра.
Его голубые глаза гневно засверкали, и было совершенно очевидно, что ему трудно сдерживать невольные движения своего крупного и мускулистого тела.
- Но они могут и обязательно сделают именно так, как вам того не хочется, - возразил Феррагамо, стараясь изо всех сил сохранить спокойствие и невозмутимость, - и я попытаюсь дать вам разумный совет. Для борьбы у нас пока нет никаких сил и средств, так что вам следует дождаться того времени, когда это станет возможным. Никаких ощутимых результатов мы не добьемся, если сами, без чьей-либо помощи, ввяжемся в бой, а лишь бессмысленно погибнем.
- Почему бы вам не взорвать их всех с помощью вашего чародейства? резко с иронией спросил его Эрик. - Ведь вы же чародей, не правда ли?
- Это не так просто, как кажется.
- Никогда никакой пользы не было и нет от этих чародеев, - с полным орехами ртом промолвил Брандел.
- Я уже объяснял вам много раз, что чародеи, как вы нас называете, это вовсе не разменная монета, которую с легкостью швыряют, чтобы купить понравившуюся безделушку. Чтобы собрать достаточно сил, чародею требуется много времени и средств, а накопление колдовских чар представляет собой немалую опасность для самого чародея.
- Да, именно так вы нам всегда говорили, - промолвил в ответ на это Эрик, - однако вы на сотни лет старше нас. Что же вы делали все это время?
В проеме двери, ведущей на кухню, появилась Кория.
- Нехорошо вы говорите, господин Эрик, вот, что я хочу вам доложить. Кроме того, Феррагамо всего лишь на два столетия старше вас, и, как я уже вам говорила, он намного больше, чем вы, заслужил право называться мужчиной!
Эрик усмехнулся и крикнул с вызовом в сторону открытой двери, но там уже никого не было:
- А вы устройте ему соревнование с каким-нибудь юношей, Кория, и увидите, что у вашего чародея вылезет грыжа!
Он и Брандел переглянулись и прыснули от смеха, считая эту выходку очень остроумной.
- И еще кое-что я скажу вам, - строго сказала Кория, снова появившись в дверях. - Кто вас вывел из замка Стархилл, окруженного врагами, когда, как многим казалось, не было никакого спасения?
- Да любой, кто знал бы об этом тайном подземном ходе, - заносчиво ответил ей Эрик.
- Вам никогда бы не довелось узнать о нем, если бы Феррагамо захотел скрыть его от вас. И вообще, вы закончите свою жизнь на плахе, как и ваш отец, - добавила она и тут же остановилась, прекрасно зная, какой эффект произведут ее слова. Эрик окаменел, но глаза его выражали явную злобу.
Брандел перестал жевать, его пухлое лицо побелело. У Марка глаза наполнились слезами, однако он попытался, хотя и безуспешно, скрыть свою слабость.
- Ну вот, теперь вы видите, на что меня толкали и что из этого получилось, - промолвила она и с опечаленным выражением лица, как бы извиняясь перед Феррагамо, снова ушла на кухню.
Воцарилось долгое молчание.
- Ну что же, - заговорил, наконец, Эрик - - значит, чародей не был слишком предан мне, если единственное, что он захотел сделать для меня, это - устроить нам побег.
Злобы в его глазах уже не было, но зато в голосе звучал явный оттенок враждебности, хотя и несколько приглушенный.