– Адам был бессмертен, – продолжал Марк. – А следовательно, он и не жил в том смысле, в котором мы представляем себе жизнь, не в том смысле, как мы это понимаем. Но когда запрет Господа был нарушен и Адам отведал плод Священного Древа, Бог обрек Адама на жизнь – и прародитель всего человечества стал смертным, как и все его потомки. Бог наказал Адама жизнью – страшной, жестокой, мучительной, ибо такова жизнь без Рая. Так – жизнью – Бог наказал Адама и его потомков за первородный грех. Таким было Его первое предупреждение о грядущем Конце Времен.
– Вы больны! – воскликнул Данила. Но Марк не отреагировал.
– Это стало первым предупреждением, – говорил он. – Но человек не внял ему, не услышал Бога, не понял или не захотел понять, в чем истинная правда и корень зла. И Божий гнев был страшен – разверзлись небеса и океанами обрушились воды на грешную землю. Всемирный потоп! Все живое, за исключением горстки избранных, вернулось в смерть. Но пострадали не те, кто умерли, а Избранные, которым было предначертано жить дальше, среди мертвецов, и оставить потомство свое, узнавшее гнев Господень! И тогда у человека еще был шанс – одуматься и преклонить колени перед силою Неба. Господь выбрал богобоязненного Ноя – того, кто будет отвечать перед Ним за всех и чьи потомки ответят перед Ним. Как и Адам, Ной был наказан, он стал вторым прародителем человечества, вторым Адамом. Это было вторым Божьим предупреждением – чтобы поняли и одумались!
– Вы хотите сказать, что Бог выбрал праведника, чтобы поиздеваться над ним? – прошептал Данила. – Убил всех и запугал благочестивого?..
– Но и в этот раз люди не вняли Богу! И когда судьба человечества была уже предрешена – Рим разрушался, эллины древней Греции канули в Лету, а Иудея погрузилась в ад междоусобной войны, – Бог решил поставить на человечестве крест. Но явился агнец и сказал Богу: «Не их накажи, но меня, Господи! Ибо не ведают они, что творят!» И имя этого агнца было – Иисус Христос. Он предложил Богу сделку. Страшную сделку. Жизнь, которую Бог дал ему и всем его потомкам, была жестокой карой за грехи человечества. Бог положил на плечи Иисуса крест, но не из древа, а из горя. И в том было Его проклятье. И крест этот передается из руки в руки, от одного поколения Христа к другому.
– Ничего не понимаю… Какой
– Иисус отдал Богу самое дорогое, что есть и может быть у человека, он отдал Ему свою радость. Свою и всех своих потомков на многие сотни, тысячи лет вперед.
– Радость?!
– Данила, вы когда-нибудь видели каноническое изображение Христа с улыбкой на устах? Вы видели когда-нибудь изображение смеющегося Христа?!
– Смеющегося Христа?.. – Данила не верил своим ушам.
– Да, смеющегося Христа! – чуть не закричал Марк.
– Нет… – Данила отрицательно покачал головой.
– И знаете почему?
– Почему?
– Потому что Спаситель искупил наши грехи не кровью, а радостью… Наше спасение куплено.
– За его смех?..
– Вы думаете, Данила, что Темные – это те, от кого исходит опасность? – Марк выдвинулся вперед из своего кресла, внимательно посмотрел на Данилу и прищурился. – Что они – те, кто жаждет воцарения Зла? Так или не так?.. Данила неуверенно мотнул головой.
– А сейчас представьте себе человека с ножом, – продолжал Марк. – Представьте, что он подходит к спящему и вонзает ему этот нож в самое сердце! Что вы думаете об этом человеке?
– Что я о нем думаю? – Данила почувствовал подвох и растерялся.
– Да, что вы о нем думаете?..
– Я думаю, что он… – Данила запнулся и опустил глаза. – Я думаю, что он убийца. Он…
– Злодей? – «помог» Марк.
– Да, – тихо ответил Данила, поднял глаза и спокойным уверенным взглядом смерил Марка. – Злодей. Да.
Марк как-то странно улыбнулся и откинулся на спинку своего кресла.
– Вы вынесли вердикт, Данила, – сказал он с каким-то особенным, ехидствующим удовольствием. – Вы приняли решение. Вы осудили. Так?
– Да.
– А если я скажу вам, что тот человек из моего рассказа, этот человек с ножом, – он кардиохирург. Нож в его руке – медицинский скальпель. Спящий человек – больной, находящийся под наркозом. Больной, который нуждается в этой операции, для которого этот удар ножом в сердце – не вопрос смерти, а вопрос жизни… Что вы скажете теперь, Данила?
– Что я скажу?.. – Данила пожал плечами. – Я скажу, что вы меня обманули.
– Вот как! – Марк разразился странным гортанным смехом. – Вот как?! Однако же! Оказывается, я вас обманул?! Замечательно!
И вдруг Марк перестал смеяться. Так же внезапно, как перед этим расхохотался. Он буквально выпрыгнул из своего кресла, метнулся вперед. Его губы замерли в двух сантиметрах от уха Данилы.
– Нет, Данила, я тебя не обманывал, – прошептал Марк прямо в слуховой проход. – Я не обманывал. Ты просто не знал правды. Не знал, но вынес суждение. Ты судил, Данила, не имея полной картины. Ты судил и осудил невиновного. Ты осудил
