Мой друг Джошуа Миллер (тот самый, которого я «развратила» в 13) и его партнер-сценарист М. А. Фортин пришли ко мне в этот сложный период и просто сказали: «Пора». В том смысле, что пришло время мне снять свой собственный фильм. Они написали потрясающий сценарий для короткометражного фильма «Рассвет» (Dawn). Как режиссер, я была нацелена на создание мини-шедевра. Мне было интересно, что происходит с девочками, когда мы отправляем их в общество обученными вежливости и больше ничему. Действие «Рассвета» происходит в 1961 году, но я знала, что фильм найдет отклик и у современного зрителя. На съемочной площадке я ждала, что нервы сдадут так же, как это было, когда я играла, но этого не случилось. Я была капитаном этого корабля, и, черт возьми, я знала, как ходить под парусом. Проработав на съемочных площадках больше пятидесяти семи тысяч часов, я знаю, как управлять командой, и, что еще более важно, я знаю, что я хочу сказать. Режиссура для меня так же естественна, как дыхание. Я нашла то, что искренне любила. Наконец-то. И было естественно, что впервые после нападения я появилась на «Сандэнс» в качестве режиссера со своим собственным фильмом, номинированным в 2014-м. «Рассвет» был номинирован на Гран-при – великая честь. «Рассвет» стал тем самым маленьким фильмом, который смог. Его показывали на «Сандэнс Лондон» и «Сандэнс Гонконг», он был в прокате в США, его давали в Линкольн-центре, а сейчас он доступен в стриминговом сервисе FilmStruck. Сказать, что я горжусь всеми, кто принял участие в съемках, значит не сказать ничего. Сняв собственный фильм, я стала решительно увереннее в себе как в художнике и еще более независима в своих суждениях. Пришло время использовать свой голос. Но как?
Это Эштон Кутчер познакомил меня с социальными сетями. Я никогда не встречала его лично. В каком-то интервью он сказал, что «Твиттер» – единственный голос, который может быть у актера.
Во мне что-то щелкнуло. Я потихоньку начала пользоваться «Твиттером», немного осваиваться в нем, говорю всякую ерунду – ведь в этом смысл, верно? Это было забавно. Затем мой агент из
Утром я проснулась, проверила телефон и поняла, что твит стал вирусным. Сердце заколотилось. Весь интернет как с цепи сорвался. Сообщение подхватили соцсети в Индии, Китае, везде. Я окончательно проснулась, когда начала читать комментарии фоловеров и поняла, что люди искренне потрясены. Печально то, что для меня это было обычным делом. Я относилась к твиту как к своего рода бонмо. Подумаешь, очередной малюсенький пример бесчисленных унижений женщин в Голливуде. Но реакция других заставила меня осознать, что это нечто большее. В моих силах вырвать, как торчащие нитки, мизогинию, сексизм и промывание мозгов, присущие Голливуду и медиа, освободиться.
