Шокирующая повесть автора серии книг про Флетча начинается с истории нищего молодого человека, пришедшего сниматься в главной роли в снафф-фильме. После описания ужасных сцен, которые будут происходить с ним во время съемок (глава настолько реалистична, что сам автор рекомендует слабонервным пропустить ее), племянник режиссера ведет главного героя в банк, где открывает ему счет, на который после съемок будут положены 30,000 долларов, которые отойдут его жене и детям. Наивный юноша не подозревает, что режиссер намерен его обмануть, что прибавляет остроты описанию его последних дней с женой и детьми в убогом поселении рядом с городской свалкой.
Надобна ли каждому поколению смерть своего Христа ради спасения тех, кто лишен воображения?
За жизнью я наблюдаю с неослабеваемым интересом, ибо она не перестает удивлять меня.
Автор полагает, что третья глава «Смельчака», глава С, — неотъемлемая часть романа, поскольку автору необходимо подробно изложить то, что произошло между «дядей» и Рафаэлем на втором этаже складского здания.
Однако автор отдает себе отчет, что глава эта весьма и весьма отталкивающая, выставляющая напоказ человеческую жестокость по отношению к себе подобным.
Автор с радостью не писал бы эту главу.
Но в то же время он понимает, что именно глава С определяет все описываемые в романе события.
Тем не менее читатель имеет полное право перевернуть страницы главы С, не читая их.
— Я пришел насчет работы.
Синие глаза крупного молодого мужчины взглянули поверх ног, лежащих на столе, встретились с глазами Рафаэля, скользнули по его тощему телу.
— Зачем она тебе?
Рафаэль пожал плечами и отвел взгляд.
Мужчина положил на стол журнал, который читал. Опустил ноги на пол. Легкая улыбка заиграла на его сером обрюзгшем лице.
— Какую ты хочешь работу?
В тусклом свете, падающем через грязное окно, Рафаэль оглядел маленький кабинет, обшарпанный стол, стул, металлический шкаф, годами не мытый пол.
На матовом стекле двери за спиной Рафаэля значилось название компании, куда он пришел наниматься: «Инаф Энтерпрайзес Продакшнс Лимитед Инкорпорейтед». Ему сказали, что в контору ведет неосвещенная лестница из небольшого бара, расположенного на известкой ему улице.
— А разве у меня есть выбор?
— Нет. — Молодой парень продолжал улыбаться.
— Вы решаете насчет работы?
— Где ты услышал про нее?
— Про работу?
— Вот-вот.
— Кто-то сказал.
— Кто? Где? Когда?
По телу Рафаэля пробежала дрожь.
— Я не коп.
Мужчина оглядел застиранную рубашку Рафаэля, заношенные джинсы, рваные башмаки.
— Кто? Где? Когда? — повторил он.
— Неделю назад. Примерно неделю. В каком-то барс. Какой-то человек.
— В каком баре? Какой человек?
— «У Фридо».
Парень кивнул.
— Заскочил туда промочить горло?
— Я часто пью там.
— Так кто сказал тебе насчет работы?
— Я же говорил: Фридо. Бармен. Его зовут Фридо. Потому-то и бар называется «У Фридо». Не так ли?
— Значит, ты выпивал у Фридо, и бармен как бы между прочим сказал, что для тебя есть работа?
— На следующее утро. Я еще лежал на полу. В чулане.
— И, могу спорить, не в первый раз.
Рафаэль согласно кивнул.
— Не в первый.
— Ты пил сегодня утром?
Рафаэль провел большим пальцем по пересохшим губам.
— Немного.
— Естественно, пил, — парень не сомневался, что иного и быть не могло.
— Сколько стоит эта работа? Мне сказали — двадцать пять тысяч долларов.
— Ты все понял правильно.
— Я хочу тридцать.
— Об этом поговоришь с моим дядей. Мое дело определить, сгодишься ты или нет. Ты сейчас работаешь?
Рафаэль покачал головой.
— Нет. Давно не работаю.
— Почему нет?
Глаза Рафаэля сузились.
— Не могу найти работу.
— Много пьешь?
Рафаэль развел руками.
— Никуда не берут.
— Другие-то работу находят.
— Да, — кивнул Рафаэль. — У вас вот работа есть. И дядя.
— Разве у тебя нет дяди?
— Есть.
— Но он тоже безработный, так? И твой отец не работает. И братья.
— Никого не берут. Давным-давно.
— А что ты делал, когда работал?
— Помогал моему брату на грузовике.
— Значит, работу тебе давал не дядя, а брат. И что случилось? Он остался без грузовика?
— Грузовик по-прежнему у него.
— Так он расстался с братом-алкашом?
— Нет работы для грузовика. Он справляется один. С давних пор.
— А у тебя была настоящая работа?
— Я работал у брата.
— Я имею в виду работу, где есть социальное страхование и все такое. Ты когда-нибудь платил налоги?
Рафаэль шумно выдохнул.
— Пожалуй, нет.
— Заполнял какие-нибудь бланки? Имя, фамилия, место жительства и так далее?
— Кажется, нет.
— Ты умеешь читать и писать?
— Не слишком хорошо.
— Женат?
— Конечно.
— Дети есть?
— Две дочери. И сын.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать один, — Рафаэль еще раньше решил, что ответит именно так. — С вами мне говорить о работе?
— Не спеши. Сначала надо кое-что выяснить.
Рафаэль промолчал.
— Так что ты скажешь? — продолжил сидевший за столом мужчина.
— О чем?
— Почему ты хочешь получить эту работу?
Рафаэль глянул на закрытую дверь слева от стола.
— Сколько, по-вашему, я могу здесь стоять?
— Не знаю, — парень пожал плечами. — Так почему ты хочешь эту работу?
Рафаэлю подумалось, что парень этот не будет возражать, если он спустится в бар, выпьет, а потом вернется.
— Много у тебя братьев?
— Четверо. Один умер.
— Три брата. И все безработные.
— У одного есть грузовик.
— А знакомых копов у тебя нет?
— Нет. Держусь от них подальше.
— Ты служил?
— Не понял.
— В армии.
— Нет.
— А в тюрьме сидел?
— Конечно.
— За что?
— Пьянство.
— Еще за что?
— Пьянство.
