«Эх, грабли, грабли! Нельзя на вас наступать больше одного раза. Это в идеале. Реальность почему-то обожает повторения. Наверное, чтобы дошло окончательно и бесповоротно. Первый раз – это случайное попадание. Второй – намек на то, что лоб надо бы поберечь, раз грабли никуда не деваются. А третий? Это уже диагноз. Или – катастрофа....».
Эх, грабли, грабли! Нельзя на вас наступать больше одного раза. Это в идеале. Реальность почему-то обожает повторения. Наверное, чтобы дошло окончательно и бесповоротно. Первый раз – это случайное попадание. Второй – намек на то, что лоб надо бы поберечь, раз грабли никуда не деваются. А третий? Это уже диагноз. Или – катастрофа. Тут уж полагается понять, что ходишь по кругу, если все время возвращаешься к скромному орудию сельхозтруда, которое, не таясь, поджидает тебя посреди дороги и метко бьет. В который раз по одному и тому же месту.
И что же делать? Неужели так и продолжится? Неужели весь жизненный маршрут имеет только одну веху: грабли? Причем одни и те же…
Ну почему третий ее МЧ слово в слово повторяет формулу и первого, и второго, прощаясь навсегда?
– Ты слишком правильная. С тобой все предсказуемо.
Нет, вы слышали? Быть хорошей и правильной – это минус! Дефект!
В чем же ее вина? И что тут такого плохого – вот бы разобраться!
Что она делала не так? На свидания не опаздывала – и это раз! Не скандалила и уступала – и это два! Выполняла обещания, не давала поводов для ревности, утром готовила вкусный и здоровый завтрак, а вечером – романтический ужин при свечах, не приставала с расспросами, не клянчила подарки – и это тридцать три…
Придраться не к чему. А оказывается – вот: все плохо. Слишком хорошо – мужская психика такое не принимает.
И вот тебе, девица-душа, двадцать восемь годков. И ты со своей правильностью не нужна никому.
Она почитала умные книжки про это, разобралась. Мужики – охотники по природе. Им подавай риск, опасность, неожиданности, авантюры, адреналин, страсти-мордасти. Неужели все – охотники? Все до одного? Тогда ничего не поделаешь. Природу не изменить. Но ведь и себя не переделаешь. Что выросло, то выросло. А даже если и попытаться переделать, с чего начать? С капризов, скандалов, требований кофе в постель, ресторанов вечерами, с исчезновений, путаных объяснений, загадок… Чтоб сам старался. Они же только свои старания и усилия ценить умеют.
Мечтать не вредно. Но у нее так не получится. Потому что правильность ее генетически обусловленная. От правильной матери родилась точно такая же дочь. Это можно как-то изменить? Куда там! Это, может, как раз и называется родовое проклятие. Хотя… Мать же ухитрилась выйти замуж и родить себе дочуру. Но – были другие времена. Думали, что все у всех навечно срастается. И детей учили ненужным вещам: верности, терпению, уступчивости.
Уже само имя говорящее дали: Людмила. Это чтоб людям милой была. Лучше б придумали имя, от которого все с ходу в нее влюблялись бы. А то она всем должна, ей никто.
Вот, пожалуйста: она лежит и оплакивает собственное одиночество, но разве ее оставят в покое! Телефон вибрирует, трещит, аж заходится весь: «Бери меня!»
Мама, кому еще и быть…
– Люд, пиши список, чего к дню рождения купить.
Даже не спрашивает, как дела, может она сейчас говорить и хочет ли. А вдруг у дочери денег нет на покупки? Или она не планирует посещение материнского праздника? Может же быть такое?
Теоретически – да. У разных там других. Но не в их семье. Как это может не хотеться на мамочкин юбилей? Это невозможно. Неправильно.
Перед Людкиными глазами словно загорается красная слепящая лампа. Стоп глупости выдумывать! Ишь ты!
И вот она покорно записывает: майонез, горошек, огурцы соленые с рынка (проверить, чтоб хрустели), яйца, картошка, шампанское, водочка…
Естественно, путь ее предначертан: магазин, рынок, семейное торжество. Матери пятьдесят! Куда денешься?
Она тщательно замазывает синяки под глазами, румянит щеки, чернит ресницы, чтобы правильно, по-праздничному выглядеть и не отвечать на вопросы: «Что? Опять?»
Естественно, за столом тема «Людке двадцать восемь, а она еще не замужем» все равно всплывает. Еще бы!
– Я вот в двадцать восемь тебя уже в первый класс повела, а ты все ждешь, – весело упрекает хорошо закусившая и уже разрумянившаяся от стопочки мать.
– Другие времена, – утешают гости. – Они теперь не спешат. Им все веселье, удовольствия всякие подавай. Нагуляться хотят.
– И мы гуляли! И мы веселились! – не сдается мать. – Такое удумывали по молодости, до сих пор с Васькой ржем, как вспомним.
Васька – это верный муж и заботливый отец. Что-то Люда не слышала их «ржания». Интересно, что там за шутки юмора удумывала эта достойная чета. Мать уже завелась, не остановить.
