Очерки и репортажи с места событий, собранные в этой книге Германа Устинова, посвящены сегодняшним событиям в Афганистане и вокруг него. Книга построена на личных впечатлениях автора, работавшего в 1982–1986 годах в ДРА собственным корреспондентом «Известий». Она рассказывает о борьбе, планах и свершениях афганского народа, о революционном строительстве, ведущемся в трудных условиях необъявленной войны, о друзьях и недругах республики.Книга рассчитана на массового читателя.
Так случилось: по долгу редактора книги Германа Устинова я стал и первым ее читателем. И поскольку мне тоже довелось в свое время работать в Афганистане, многое вспомнилось, а многое и увиделось по-новому в живых картинах, нарисованных в этой (забегу вперед!) интересной и честной книге.
Будто вновь побывал в Кабуле, пестрой — и внешне, и внутренне — столице республики; в Герате, где пыль веков полита кровью защитников новой жизни; в Кандагаре, Джелалабаде, Мазари-Шарифе, где порой трагически переплелись судьбы лгёдей, пришедших к революции или, наоборот, не понявших ее. Будто опять слушал неторопливый разговор за обжигающим зеленым чаем — о заботах сегодняшнего дня, о последних новостях недремлющей молвы, о стычках с душманами, о том, что в пригороде отремонтировали сожженую школу, и о чем рассказал сосед, вернувшийся из-за гор, оттуда…
Устинов представил нам новых знакомцев, каждый из которых— личность, а вместе они — коллективный портрет сражающегося народа. Композитор и певец Джамал Масхур. Портной Фаиз с шумного кабульского проспекта Майванд. Учительница ликбеза Мари Эсматьяр. Министр ирригации Ахмад-шах Сорхаби. Двухметрового роста восьмидесятилетний старейшина племени сафи Сахеб Хак. Командир отряда самозащиты, мать пятерых детей Фируза. Председатель комиссии Ревсовета ДРА по социальным вопросам дуканщик (мелкий торговец) Зикрия. Глава гильдии кузнецов Кабула Асеф. Капитан Расул… Можно назвать и других героев собранных здесь очерков. Главное — в каждом из них есть черты и черточки, выделяющие их из массы и одновременно характеризующие современного афганца, ставшего хозяином и своей страны, и своей судьбы. Путь свой отныне выбирает сам человек.
Книга эта разделена на главы, но деление — условное, оно, так сказать, тематическое, главным для автора остается человек. Его думы, его чувства, его дела. Причем эти люди — не только убежденные защитники революции, воины республики, активные строители новой жйзни. Это и те, кто колеблется, кто откровенно боится мести душманов. И сами душманы, сеющие страх и смерть. И те, кто стоит за ними, кто науськивает их на республику. Этих последних мы лучше поймем, прочитав главу «Раздувающие огонь». Зато главы «Мужество каждого дня» и «Руку на дружбу» покажут нам, что революция стоит крепко, что перемены на седой афганской земле необратимы.
Еще мне хотелось бы обратить внимание читателя на те очерки этой книги, где перед нами встают лица советских людей в Афганистане — специалистов, советников, воинов. Врач Григорий Перцев, шофер Игорь Чернега, советник Кабульского муниципалитета Эдуард Бобровников, их коллеги и соратники — все они люди долга, рыцари чести, у всех у них самоотверженность слита с сердечностью, и это, оказывается, самый прочный из всех известных сплавов.
Узнаем мы и про то, что у Демократического Афганистана много искренних друзей в мире. Они стремятся открыть известную им правду об Апрельской революции и для своих сограждан. Как это важно сейчас, когда народное правительство ДРА ведет твердый курс на национальное примирение! Вот один из таких людей — японец Юкио Ногути, активист Японоафганского общества дружбы…
И еще много важного, интересного и, не скрою, драматичного узнает читатель из этой правдивой книги пытливого известинского журналиста и смелого человека Германа Устинова.
Комендантский час в Кабуле начинается в десять вечера и заканчивается в пять утра. В течение ночи он несколько раз напоминает о себе пронзительным криком патрульного «Дреш!» — «Стой!» где-нибудь на соседней улице, а то и у тебя под окнами. Невидимые тебе переговоры о пароле, документах и причине разгуливания в неположенное время идут уже вполголоса. Нередко тут же хлопает дверца царандоевского (милицейского) джипа, и дальнейшее выяснение перемещается в городскую комендатуру.
Этого «нарушителя» никогда не останавливают на его пути. Цок-цок, звучат в ночной темноте копыта ослика. Просыпаюсь, смотрю на часы — полпятого. Ага, наш муэдзин едет на работу. Через пятнадцать-двадцать минут с минарета квартальной мечети раздается его призывный, сочный голос:
— Аллах акбар… Аллах велик… Я говорю вам — аллах один, и Мухамед — пророк его… Спешите к намазу! Приходите в мечеть, она избавит вас от адского огня! Намаз важнее, чем сон. Аллах акбар! Нет бога, кроме бога!
Голосу нашего муэдзина вторят призывы его коллег еще с 660 минаретов Кабула. По законам шариата первый намаз совершается с рассветом.
