– А сейчас слушай внимательно, – услышала я шепот на ухо. – Через десять секунд выключится свет, я в этот момент уберу нож от твоего горла, и ты в ту же секунду упадешь на пол. Если поняла, дотронься до моей ноги.
Я коснулась чего-то, что по высоте могло бы быть коленом.
– Отлично.
И, как и говорил мне незнакомец, свет в номере погас. Острие ножа исчезло, и я, следуя инструкции, рухнула на пол и рванулась к краю кровати. Но этих мер предосторожности можно было и избежать, потому что проследовали несколько неярких вспышек от выстрелов с глушителем, четкие звуки падения чего-то тяжелого на пол, и все замерло. События произошли настолько быстро, что недавние полминуты с ножом у горла еще казались мне реальностью.
– Свет! – прокричал кто-то.
Я вскочила на ноги.
Включился свет, освещая двух человек, стоящих по разные стороны номера, и четыре тела на полу. Под ними на ковровом покрытии медленно растекались лужи крови.
Я замерла, не в силах двинуться с места.
Было произведено четыре точных выстрела в голову. По два с обеих сторон от стоящих примерно друг напротив друга мужчин в масках. Вероятно, они внедрились в банду Инны. Зная по фильмам, какой это сложный процесс, я могла предположить, что это произошло не один год назад. За такое время могли возникнуть привязанности, но люди Кристофера все равно хладнокровно решили свою первоначальную задачу.
Открылась дверь, и в номер вошел еще один человек. Судя по всему, тот самый курьер, потому что он подмигнул мне и положил пакет на стул.
– Отлично сработано! – сказал Крис, поднимаясь на ноги и оценивая, остановилась ли кровь, только что шедшая у него из носа.
– Нам нужно уходить, – доложил мужчина в маске, стоящий у двери. – Альмов не заставит себя долго ждать.
А я все еще стояла, затаив дыхание.
Вот так в одно мгновение рушится образ практически идеального человека – сексуального, самодостаточного мужчины с картинки. Я подозревала о его методах решения вопросов и избавления от неугодных лиц. Весь из себя такой «оружейный барон», не нажимающий на курок и убивающий чужими руками. Но от этого его руки не становятся чище. А ведь этот персонаж Николаса Кейджа был одним из моих любимых. Я всегда приводила его в пример фразе о том, что деньги не пахнут. Там, на экране, он был образцом невозмутимости и человеком, верящим в свое дело, приносящее немалый доход. Образцом, которому я старалась подражать. Говорила, что на месте его жены я никогда бы не ушла. И вот сейчас я даже не на месте его жены. На ее глазах не умирали люди. А Крис даже не повел бровью, глядя на мертвых людей в его номере.
– Идите, я подожду Альмова здесь, – словно очнулась я.
– Кристина, что ты делаешь? – удивился Крис.
– Сдаюсь, – ответила я и посмотрела в его глаза, надеясь увидеть там хоть какое-то чувство.
– Идите, я сейчас, – отдал приказ Кристофер и, когда его люди вышли из номера, подошел ко мне. – Ты не хочешь уйти со мной?
– Хочу, – честно ответила я, надеясь, что прежнего Кристофера еще можно увиеть. Но забыть о том, что произошло только что, было невозможно. – Но не уверена, что стоит.
Крис ничего не спрашивал. Он просто смотрел на меня, видимо, ожидая объяснений.
– Я ведь не входила в твои планы, – мой взгляд бегал по полу, и я призывала себя не смотреть на тело у ног Криса. – Альмов охотится за тобой и за алмазом. По сути, ему нечего мне предъявить. Макса убил Александр, его поймали, Инну убил ты, но я тебя не встретила в этом номере. Здесь оказались только трупы. У меня на руках нет следов пороха, и я пришла, когда все уже произошло. И раз уж ты так громко молчишь, то я скажу тебе, что не хочу каким-либо образом связывать с тобой свою жизнь. К такому, – я обвела рукой номер, – нельзя привыкнуть.
– Я тебе еще ничего не предлагал.
– А я и не прошу, – я посмотрела Кристоферу в глаза, и в носу неприятно защекотало от наворачивающихся слез.
Это был он. Тот человек, которого я любила столько лет. Тот самый, чья улыбка вызывала во мне бурю эмоций, заставляя сбиваться дыхание. Тот, чей тембр голоса будил во мне желание слушать его и прислушиваться, и, пусть из принципа, поступать вопреки его словам. Он единственный мог изменить меня и перекроить по своему вкусу. Именно от этой абсолютной власти я бежала всю жизнь и в то же время стремилась к ней. Я готова была прожить с ним всю оставшуюся жизнь, закрывая глаза на многие недостатки и терпя все его выходки. А сейчас я увидела ту грань, с которой вряд ли смирюсь когда-либо. Он был убийцей. Хладнокровным, безжалостным, жестоким убийцей. Пусть он отомстил за свою семью, но у меня с местью были другие отношения. Я была выше ее.
Я знала все эти черты характера и темперамента Криса, но сейчас их все просто бросили мне в лицо, приказывая реагировать. А еще мне в лицо бросили воспоминания о том, что мы пережили. Я слишком хорошо помнила тепло его рук, вкус его губ, радость близости, остроумие его шуток, сияние улыбки и многое, многое другое. Мне было слишком хорошо с ним, чтобы отказаться от этого. Как всегда, две чаши весов, одна тяжелее другой.
