Еще в первом письме я прочитала о том, как проводятся стандартные аферы. Этого метода Кэт тоже не чуралась. Он был ее любимым, как я поняла из вышеизложенного.
Оставалось непонятным, как можно было писать об этом? Я, взломавшая почту, яркий пример того, как можно заполучить доступ к личной переписке. А вот правоохранительным органам это вообще ничего не стоит. Они и так читают все наши письма. Ну или почти все.
Последнее письмо Берку было написано двадцать второго декабря. В нем она сообщала, что улетает по делам.
Я откинулась на спинку стула и нахмурилась.
На следующий день Крис узнал о том, что она погибла. Значит, это действительно была его сестра.
Что же я для тебя значу, если ты позволил занять мне место дорогого тебе человека? Место в твоей семье…
А я так нагло собираюсь этим воспользоваться.
Я встала и прошлась по комнате, разминая затекшие мышцы.
Совесть упорно твердила, что если я сделаю то, что собираюсь, то вина не останется в долгу и будет обгладывать сознание до конца дней моих. С другой стороны, Крис сам определил мне роль, предложив нехитрый выбор между некоторой свободой и ее отсутствием. Глупо будет не воспользоваться тем, что само идет мне в руки.
Ведь если Берк и Кэт не виделись, то это могло сыграть в мою пользу. Я могла бы назначить ему встречу и, возможно, узнать больше.
Для этого шага мне нужна была правдоподобная легенда.
Слоняясь по номеру в раздумьях и волнении от собственных интриг, я нервно поглядывала на часы, – словно от этого решение могло прийти быстрее, и от оттягивания ожидания станет легче. Как показывала практика, получалось с точностью до наоборот.
На часах была половина одиннадцатого.
И как я могла не заметить то, что на улице уже разгорался день?
Больше всего на свете мне хотелось сделать что-то менее рискованное. Сознание пыталось найти еще несколько вариантов действий. Пойти искать ресторан Максима было глупой идеей. Ллорет-де-Мар отличался изобилием развлекательных мест, и отыскать нужное здание было равносильно поиску иголки в стоге сена.
Я попыталась найти в своих вещах мобильный телефон, но потом с досадой вспомнила, что Крис забрал его у меня еще в аэропорту.
Я подошла к телефону в номере и позвонила Антону. Да, он был хорошим журналистом и хорошо осведомленным человеком. Оставалось надеяться, что он не вспылит из-за столь раннего пробуждения. Будить его всегда было проблемой, особенно после приезда из командировки. Как правило, мужчина отсыпался, компенсируя недосып в напряженных путешествиях.
Антон тут же снял трубку, и я услышала обеспокоенный голос:
– Алло.
– Привет, это я.
– Кристина. Слава Богу! У тебя все в порядке?
– Да, спасибо, – немного удивилась я. – А что случилось?
– Ничего, – тут же быстро ответил он. – Ты улетела из страны и даже не позвонила. Я волнуюсь все-таки.
Я ухмыльнулась.
– У меня появилась возможность только сейчас, извини, – соврала я.
Не говорить же ему правду о том, что мысль о звонке даже не приходила мне в голову, а телефонный номер я набрала только затем, чтобы получить от него необходимую информацию и убить немного времени, оттягивая момент старта игры. Довольно эгоистично с моей стороны, но в данный момент я не сильно переживала по этому поводу.
– Если у тебя все в порядке, то ничего страшного, – его голос стал спокойнее.
– Слушай, – после некоторого раздумья сказала я. – А что сказал тебе Крис, перед тем как отвезти меня в аэропорт?
Повисла небольшая пауза, затем последовал короткий смешок – нервный или обыкновенный, было сложно судить из-за качества связи.
– Ничего особенного.
– Так уж и ничего, – не поверила я. – Видел бы ты себя со стороны.
– Да разве можно воспринимать слова Кристофера всерьез?
Я усмехнулась. С Крисом, конечно, нужно было вырабатывать определенную стратегию поведения, но ситуация складывалась таким образом, что мне приходилось ему доверять. Хотя верить на все сто процентов было невозможно в силу некоторых умозаключений.
– И все же? – настаивала я.
– Что-то про проблемы на фирме, – бросил Антон. – Судебные дела и банкротство. А вам нужно лететь, потому что решать это все нужно срочно. Опасность заключалась в каких-то сроках исполнения угроз. По поводу фирмы, естественно, – быстро добавил он. – Да ты и сама это знаешь.
– И поэтому ты так изменился в лице? – скептически восприняв эту информацию, спросила я.
– Просто мне было немного обидно из-за того, что снова сорвались наши планы. Это была злость.
Осунувшееся лицо и негнущиеся ноги? С каких пор таким образом человек выражает злобу?
– У тебя были планы на нас? – проигнорировав наглую ложь, спросила я.
– Не начинай, ладно? – устало сказал мужчина. – У меня всегда для тебя есть несколько сюрпризов по возвращении из командировок. Должен же я как-то компенсировать свое отсутствие.
– Слушай, а давай ты осядешь где-нибудь поблизости от меня и не будешь так часто уезжать, – удивилась я собственным словам.
– Я об этом и хотел поговорить, но вдали от меня сейчас именно ты, – как-то резко сменил тон мужчина.
