Погоня за Посвящёнными, осмелившимися бросить ему вызов, освободившими заложников и убившими ближайших помощников – секретаршу и Вахтанга Ираклишвили, не удалась. Котов-старший со товарищи исчезли, растворились в пространствах Вселенной, и даже Зверь, «собаку съевший» на охоте за иерархами и знавший «розу реальностей» как свои пять пальцев, не смог сразу обнаружить след беглецов. Поэтому Меринов, пометавшись по «лепесткам розы» и слегка поостыв, оставил там «охотничью часть» Зверя и злой как чёрт вернулся домой. В душе он поклялся страшно отомстить обидчикам, ничуть не сомневаясь, что легко справится с ними при любых обстоятельствах. К тому же у него теперь появился дополнительный козырь – бывший Ликвидатор, он же Истребитель Закона, а ныне Зверь, жаждущий крови иерархов, обладавший немалым психоэнергетическим запасом.
Тем не менее, чтобы успокоиться, Марат Феликсович проник в опечатанное спецслужбами помещение лаборатории, самолично запустил «Большой глушак» и поверг в шок чуть ли не половину Москвы, отсосав энергию у всех пассажиров наземного транспорта. В результате произошло множество автоаварий, в том числе со смертельным исходом, потому что многие водители потеряли сознание прямо за рулём. Естественно, Управление «пси» ФСБ тут же занялось расследованием этого беспрецедентного психофизического нападения, уже имея опыт работы с психотронным оружием типа суггесторов «удав» и «пламя». Однако это обстоятельство Меринова не обеспокоило, противника в лице российских спецслужб – и мира в целом – он не видел.
Девятнадцатого августа, в пятницу, после обеда, он решил вновь заняться МИРами с целью захвата хранившихся в них Великих Вещей. Узнав, что под Парижем, в «модуле иной реальности» – замке царя Гемиптеров, «клопов разумных», хранится Инфран, называемый иерархами Искателем Тьмы, Рыков направился во Францию.
МИР, созданный Гемиптерами, располагался под Трафальгарской площадью столицы Франции, на глубине двухсот метров. Его форма слегка напоминала двух вставших на задние лапки и обнявшихся клопов. С другой стороны, это было совершенное произведение искусства, шедевр архитектуры, и у наблюдателей, в том числе и у Меринова, не возникало чувство отторжения и неприятия, несмотря на мерзкий облик кусачих потомков Гемиптеров – клопов.
Марат Феликсович обошёл стометровой высоты замок царя Инсектов, светящийся по всей массе угрюмым вишнёвым светом, принюхался к тонкополевой ауре подземелья. Аура ему не понравилась. Недавно в пещере побывал кто-то из Посвящённых Внутреннего Круга и оставил неприятный след, сигнализирующий об опасности. Однако что это за след, определить сразу не удалось.
Меринов вошёл в состояние
– Габриэль, выходи! Я знаю, что ты меня видишь.
– Я с предателями и убийцами не общаюсь, – раздался под куполом пещеры глухой бас; говорили по-французски.
Меринов улыбнулся, перешёл на французский:
– Можешь не общаться и впредь. Мне нужен Инфран. Открой к нему канал и живи как жил.
– Ни за что!
– Уговаривать не буду. Сначала я убью твою жену, потом детей, потом родственников. Тебя не трону, ты и сам повесишься, зная, что стал причиной гибели всей семьи. Устраивает тебя такой исход нашей беседы?
– Ты мерзавец!
– Это ещё слабо сказано, – осклабился Меринов. – Даю не размышление минуту. Мне некогда с тобой рассусоливать. Если дорожишь жизнью близких, соглашайся, нет – я начну их «мочить». И будь уверен – я это сделаю.
Невидимый собеседник Меринова замолчал.
Марат Феликсович демонстративно поднёс к глазам руку с часами.
Минута прошла.
– Не слышу ответа.
Кто-то вдруг тихо рассмеялся.
Меринов с недоумением поднял голову, чувствуя странные колебания пси-поля в пещере.
– Габриэль, если ты вздумал шутить со мной…
– Чёрта лысого ты получишь, а не Инфран! – донёсся чей-то голос – не Хранителя! – Прощай, ублюдок!
В следующее мгновение замок Гемиптеров взорвался!
Во все стороны полетели обломки стен, струи огня и дыма.
Если бы Меринов не был готов к скоростному оперированию пространством и временем, он был бы неминуемо травмирован, а может быть, и убит. Но сторож организма сработал бессознательно и быстро, и тхабс унёс маршала СС в глубины «розы реальностей», подальше от взорвавшегося замка Инсектов.
Вышел Марат Феликсович «недалеко» от Земли – на поверхности спутника Сатурна Энцелада. Почему тхабс «высадил» его именно здесь, было не совсем понятно, однако в данный момент Меринов думал о другом.
– Б…ь! – выругался он по-русски, изумлённый случившимся. – Вот б…ь, а?! Он осмелился поднять на меня руку!
Сатурн, опоясанный изумительной красоты кольцами, равнодушно смотрел на человека с неба малой планетки.
