«СМЕРШ»: операции и исполнители полностью

«Центру. Прибыл А[мозин], привез батареи и восемь тысяч рублей, а я, как мне известно, должен был получить десять тысяч. В беседе выяснилось, что Амозин хочет поехать домой. Рассказывая о себе, он упомянул, что был средним командиром Красной Армии, и жаловался на теперешнее свое положение. Как мне теперь с ним держаться? Благодарю за внимание. Иван».

Центр ответил:

«Ивану. А[мозина] используйте на свое усмотрение. Центр».

Таким образом, операция по задержанию курьера была проведена удачно. И когда на следующий день начальнику отдела контрразведки доложили, что Орлов, выйдя погулять, не вернулся домой, это его не встревожило, так как он полностью доверял перевербованному агенту. Кроме того, еще накануне Орлов жаловался ему на то, что, поскольку сотрудники мешают ему встречаться со знакомой девушкой, он собирается провести с ней время за Волгой. Но прошло двое суток, а Орлов не возвращался. Наконец пришло письмо от него, доставленное по городской почте.

Текст поразил всех:

«Вот, наконец, я ушел от вас, господин начальник. Как вы себя чувствуете? Сейчас, когда вы читаете письмо, я в составе передовых частей германской армии участвую в борьбе против вас. Желаю благополучно унести ноги. Орлов».

Легко представить, как должен был чувствовать себя начальник отдела контрразведки, получив это письмо!

То, что Орлов, явившийся в органы советской контрразведки с повинной, выдавший известные ему секреты германской разведки и оказавший содействие в задержании курьера, перебежал к противнику, казалось странным. Невольно возникал вопрос: не была ли это заранее спланированная акция немецкой разведки?..

Загадка осталась неразгаданной…

Весной 1943 года при отступлении немецких войск из Краснодарского края орган германской военноморской разведки «Nachrichten Beobachter» (NBO)[7] оставил в станице Славянской агентов Рашида Му-хаммедова и Виталия Яковлева с радиостанцией. Оба агента в прошлом служили в Черноморском военноморском флоте, но, попав в плен, были завербованы германской разведкой и прошли специальную подготовку. Агенты имели задание после отступления немецких войск из станицы Славянской легализоваться по фиктивным документам и приступить к сбору сведений.

Они успели передать всего две радиограммы.

Первая:

«Рихтеру. Приступаю к работе. Рим».

Вторая:

«Рихтеру. В станицу прибыла колонна грузовых машин с радиотехническим оборудованием. Попытаюсь выяснить более конкретно. Рим».

Радиостанцию удалось запеленговать и во гремя обысков вычислить радистов. Однако без шума не обошлось: агенты оказали сопротивление. Яковлев был убит, Мухаммедов ранен и задержан.

Смершевцам удалось выбить у задержанного откровенные показания, которые подтверждались имевшимися у советской контрразведки данными о NBO, и поэтому изъятую у агентов радиостанцию включили в игру, дав ей условное наименование «Салават». В интересах командования Красной Армии радиостанцию перевели в другое место, а центру причины перемены места расположения объяснили следующим образом:

«Рихтеру. В Славянской оставаться было опасно, потому что начались поголовные проверки. В районе станицы Нововеличковской нашли подходящее место. Чувствуем себя хорошо. Рим».

В дальнейшем связь с германским радиоцентром поддерживалась регулярно, и противник систематически получал дезу.

NBO в первую очередь интересовали сведения военно-морского характера, и 31 мая 1943 года он передал в адрес агентов радиограмму:

«Риму. Постарайтесь добыть сведения о восстановлении Азовской флотилии в Ейске и Приморско-Ахтарске, а также о бесантных группах и минных заграждениях этих портов. Рихтер».

В ответ «Салават» радировал, что для выполнения этого задания необходимы денежные средства.