Престиж Макса в глазах руководства абвера был высоким — он получил от немцев «Железный крест с мечами». У нас Демьянова-Гейне наградили орденом Красной Звезды. Его жена Березанцева Татьяна Борисовна — агентурный псевдоним Борисова — и ее отец Березанцев Борис Александрович, помогавшие Демьянову-Гейне, были награждены медалями «За боевые заслуги».
А вот кого действительно расстрелял немец так это космонавта Константина Феоктистова.
В далеком 1942 году его, шестнадцатилетнего паренька в Воронеже послали на немецкую сторону. Заранее: увидеть, зафиксировать немецкие части на захваченной оккупантами территории в Воронеже. Он попался на глаза фельджандарму, и тот в упор выстрелил в парня. Константину Феоктистову повезло, рана оказалась не смертельной. Он потерял много крови, но живым добрался до своих.
Как он и предполагал, после случившегося его вызвал к себе майор, по распоряжению которого Гоменюк был вывезен из лагеря военнопленных. За одним столом с ним сидел капитан Мармо.
— Вы перешли на нашу сторону добровольно, не желая воевать за Советскую власть, которая вас незаслуженно обидела, — начал майор. — У нас нет оснований не верить вам. Вы служили в Беломорском гарнизоне, хорошо знаете его. И вы понимаете, что чем больше мы будем знать о Красной Армии, о войсках Карельского фронта, тем скорее закончим войну. Только тогда мы сможем увидеться и со своими родными и близкими. Вы же, Гоменюк, если пожелаете, сумеете сделать это значительно раньше.
Степан понял: началась вербовка. Надо быть осторожным, не выдать себя поспешным согласием, не испортить дела неубедительными возражениями.
Раскрывая перед Гоменюком его «перспективы», майор сказал:
— Мы намерены предложить вам стать агентом нашей военной разведки. Более того, мы уверены, что вы, как перебежчик со стороны большевиков, не раздумывая, дадите согласие на наше предложение.
— Нет, мне надо подумать, — твердо заявил Гоменюк. — Одно дело — не воевать за Советскую власть. Другое — идти в разведку на сторону Красной Армии. Я, извините, лучше вас знаю, что случится со мной, если меня там задер-жат:
— Спору нет. Вам действительно это лучше знать. Тогда решим так: дадите ответ завтра утром.
— Но не забывайте, что работы в хорошо знакомой вам каменоломне хватит не на один год, — вставил капитан.
Утром Гоменюк вновь сидел перед офицерами вражеской разведывательной службы. Не отрывая глаз от их лиц, спокойно изложил свою точку зрения:
— В разведку я никогда не ходил. У меня нет никакого опыта. Я согласен быть вашим разведчиком, если меня научат, как действовать, как укрываться, чтобы вернуться обратно живым и здоровым.
— Вот это уже другой разговор, — обрадовался майор.
— А как действовать на той стороне, мы вас обучим, — дополнил капитан. — Для этого у нас есть специальная разведывательная школа.
«Наконец-то!» — чуть не вырвалось у Гоменюка, но усилием воли он сдержал свои чувства.
…В разведшколу, размещавшуюся в двухэтажном доме в центре Петрозаводска, Гоменюка привел капитан Мармао. Как выяснилось, он являлся помощником начальника школы.
— Сейчас вы пойдете на прием к нашему начальнику майору Раски, — объявил капитан Гоменюку. — После беседы с вами он окончательно решит вашу судьбу: будете учиться в школе или вернетесь в лагерь военнопленных.
Начальник разведывательной школы майор Раски, мужчина средних лет с водянистыми глазами, отлично владел русским языком. Позднее советскому разведчику удалось выяснить, что Раски — русский белоэмигрант, сменивший фамилию.
— Я достаточно информирован, — начал майор, — и не буду лишний раз просить вас пересказывать свою биографию. Единственный вопрос, который я намерен уточнить: в силу каких причин вы изъявили согласие на сотрудничество с нашей разведкой? Разумеется, я рассчитываю на чистосердечный ответ.
— Вы, господин майор, очевидно, знаете, что я добровольно перешел на вашу сторону, не желая воевать за Советскую власть, которая нанесла мне незаслуженную обиду, искалечив всю мою жизнь. Это и есть ответ на ваш вопрос.
— Отлично. У вас есть вопросы ко мне?
— Вопросов нет. Только просьба: обучать меня так, чтобы я успешно справился с задачами, которые будут возложены на меня как на разведчика.
— Этим мы как раз и будем теперь заниматься. — Майор заглянул в лежавшую перед ним тетрадь. — С сего дня вы не Степан Гоменюк, а Александр Морозов. О вашей настоящей фамилии никто не должен знать.
Начальник школы вызвал к себе капитана Мармо.
— Зачислите в школу нового курсанта Александра Морозова. Поселите в девятый номер. Проинструктируйте о правилах поведения.
Они вместе вышли от начальника школы. В своем кабинете капитан протянул новоиспеченному курсанту какой-то документ:
— Подпишите!
Это было «Обязательство», напечатанное по-русски. В нем говорилось о добровольном сотрудничестве нижеподписавшегося с финской военной разведкой, неукоснительном выполнении разведывательных заданий, о наградах за геройство и суровом наказании, вплоть до расстрела, за невыполнение задания, за обман, дезертирство и предательство.
