Мир окружают Стены Мира, или Илурамбар. Они подобны льду, стеклу и стали – холодны, прозрачны и тверды превыше всего, что в силах вообразить Дети Земли. Стены незримы; но пройти через них невозможно, кроме как через Дверь Ночи.
В пределах этих стен заключена сфера Земли; снизу, сверху и со всех сторон ее окружает Вайя, Всеохватный океан.
…посреди Валинора находится
Я, безусловно, привел здесь все эти цитаты, отобранные из необъятного корпуса текстов, не ради их собственной значимости, но для того, чтобы подкрепить мысль о том, как целенаправленно и масштабно отец воскрешает кардинальный миф своего собственного «мира», великое плавание Эаренделя в Валинор, применительно к Ланселоту артуровских легенд – которому теперь приписывает великое путешествие через западный океан[45].
Следует отметить, что в строках «фрагмента об Эаренделе» единственное название, не заимствованное из повестей «Сильмариллиона», это «холмы Авалона». При сравнении с описанием плавания Эаренделя и Эльвинг в цитате из «Квенты», приведенной на
Можно предположить, что «стихи об Эаренделе» являются не более чем масштабной параллелью между двумя великими плаваниями на запад. Но второе стихотворение, на начальной стадии создания и с трудом поддающееся прочтению (и в двух местах, к вящему сожалению, неразборчивое), обнаруженное среди этих бумаг[46] и приведенное на
Это стихотворение открывается размышлениями о том, что, в то время как могила Гавейна находится «в земле заката, у звучного моря», нет погребальных курганов ни у Ланселота, ни у Гвиневеры, и «нет кургана Артуру в краю смертных»; в последующих стихах тоже идет речь об Артуре, но они очень близки или почти совпадают с заключительными строками «стихов об Эаренделе». Не вполне понятно, какое из этих двух стихотворений, – назовем их удобства ради «Плавание Эаренделя» и «Могила Артура», – предшествует другому. Может показаться, что машинописный текст «Плавания Эаренделя» выглядит куда более законченным и потому создан позже; но тот факт, что названия, тесно связанные с легендой об Эаренделе, в этом стихотворении соотнесены именно с Эаренделем, а в «Могиле Артура» – с королем Артуром, представляются мне убедительным аргументом в пользу того, что «Могила Артура» написана после «Плавания Эаренделя».
В конце «Могилы Артура» говорится, что Артур «ждет» (изначально было «спит») на Авалоне, а Гавань Фаэри превратилась в Гавань Авалона. На первый взгляд, пребывание Артура вживую «на Авалоне» наводит на мысль, что название употреблено тут в традиционном «артуровском» смысле, для обозначения острова, куда Артур был перевезен для исцеления Феей Морганой; однако появление его в контексте топонимов «Сильмариллиона», по-видимому, также подразумевает, что это – Тол Эрессеа.
То же можно сказать об изменении названия «Залив Эльфийского дома» (или Фаэри, или Эльдамара) на Залив Авалона[47]. Название «Авалон», теперь употребленное по отношению к Тол Эрессеа, здесь перенесено с самого острова на побережье обширного залива, в котором укреплен в основании морского дна Тол Эрессеа[48].
