— Но, право, — сказал сэр Галахад, — если вы дадите ей столько вашей крови, вы можете умереть.
— Воистину, — отвечала она, — если я умру, чтобы исцелить ее, мне будет оттого честь и спасение души и честь моему роду. Да и лучше одному пострадать, чем двоим. И потому больше не будет сражения, но завтра я подчинюсь обычаю вашего замка.
В замке все тому очень возрадовались, ведь иначе назавтра был бы возобновлен меж ними смертный бой. Но хотели бы они того или нет, она все равно твердо стояла на своем. И вот в тот вечер принимали трех товарищей в замке со всем возможным радушием; а наутро они, поднявшись, выслушали обедню. И велела сестра сэра Персиваля, чтобы принесли больную даму. Вот принесли ее, страдающую жестоким недугом. И сказала девица:
— Кто отворит мне кровь?
И вышел один человек и отворил ей кровь. Полилась кровь и наполнила блюдо. Тогда подняла она руку, осенила себя крестным знамением и сказала той даме:
— Госпожа, я принимаю смерть мою ради вашего исцеления. И потому, Богом вас заклинаю, молитесь обо мне!
И с тем она упала без чувств. Подбежали тут к ней сэр Галахад и его двое товарищей, подняли ее с пола и остановили ей кровь. Но она уже все равно потеряла так много крови, что не могла жить. Когда она пришла в себя, то сказала так:
— Любезный брат сэр Персиваль, я умираю ради исцеления этой дамы. И когда я умру, прошу вас, не хороните меня в этих краях, но, лишь только испущу я дух, вы положите меня в барку у ближайшей пристани и пустите меня плыть, куда захочет случай. А когда вы трое приедете в город Саррас, чтобы там достигнуть Святого Грааля, вы найдете меня под стенами города. И там погребите меня в Божьем храме. Ибо, открою вам истину, там же будет со временем погребен и сэр Галахад, и вы двое тоже.
Выслушал ее сэр Персиваль и, горько плача, на все согласился. И тут раздался голос:
— Лорды, завтра в час рассвета вы должны расстаться друг с другом, и вы соединитесь лишь тогда, когда приключения приведут вас к Увечному Королю.
После этого попросила она дать ей последнее причастие, и лишь только приняла его, как тут же испустила дух. И в тот же день хозяйка замка исцелилась от недуга, когда ее обмазали тою кровью.
А сэр Персиваль составил запись обо всем, чем помогла она им в их чудесных приключениях, и вложил ей в правую руку. И положили ее в барку и закрыли черным шелком. Тут же поднялся ветер и погнал барку прочь от берега, и все рыцари, собравшись во множестве, долго смотрели ей вслед, покуда она не скрылась из виду.
Затем возвратились все в замок, и в тот же час разразилась внезапная буря, с громом, с молниями и с дождем, так что казалось, вот-вот расколется земля. И половина замка обрушилась. Только перед вечерней улеглась та буря.
И вдруг увидели: скачет рыцарь в полном вооружении, жестоко раненный и в грудь и в голову. И твердил тот рыцарь на скаку:
— О Господи милосердный, помоги мне ныне, в час нужды! А вслед за этим рыцарем проскакал другой, и при нем был карлик, и кричал он тому, кто ехал впереди:
— Остановись! Все равно не спастись тебе бегством! И воздел тогда руки раненый рыцарь и взмолился Богу, чтобы не умереть ему в этот час бедствия.
— Клянусь, — сказал тогда сэр Галахад, — я вступлюсь за него, ради Того, к Кому он взывает.
— Сэр, — сказал сэр Борс, — лучше пусть я сделаю это, ибо это подвиг не для вас, ведь там всего один рыцарь.
— Сэр, — он отвечал, — я согласен. И вот сэр Борс вскочил на коня, поручил их Богу и поскакал вдогонку на помощь раненому рыцарю.
А теперь эта повесть обращается к сэру Галахаду и сэру Персивалю, которые всю ночь провели в церкви в молитвах за спасение сэра Борса.
Наутро же, облачившись в доспехи, они возвратились в замок узнать, что сталось с его обитателями. И увидели они, что там не осталось в живых ни мужчины, ни женщин, но всех убило отмщение Господне. И услышали они голос, изрекший:
— Это кара за пролитие крови девственниц!
А позади храма они нашли кладбище и там — шестьдесят каменных гробниц, и все было там тихо и прекрасно, словно бы никакая буря не бушевала над ними. В тех гробницах покоились тела всех непорочных девственниц, замученных ради исцеления госпожи того замка. Они нашли там имя каждой девицы и какого она рода. И все они были королевской крови, а двенадцать — королевские дочери.
Затем покинули они то место и отъехали в лес.
— Ну, — говорит сэр Персиваль сэру Галахаду, — теперь должны мы расстаться, и потому будем молить Господа, чтобы поскорее нам встретиться вновь.
И с тем сняли они шлемы и поцеловались, горько оплакивая свою разлуку.
Теперь обращается эта повесть к сэру Ланселоту.
Дальше в повести речь идет о том, что, когда сэр Ланселот выехал к реке Мортезе, как говорилось выше, он очутился в великой опасности. Но он лег там прямо на землю и уснул, положившись на провидение Божие. И, пока он спал, было ему видение, и голос сказал:
— Сэр Ланселот, вставай и облачись в доспехи и взойди на первый же корабль, который увидишь.
