– Сэр, – отвечали сенаторы, – оставьте такие слова, ибо за то, что мы вернулись живыми, вечно должно нам благодарить Бога. Во второй раз мы даже за все ваши бескрайние земли не отправились бы с таким посольством. А потому, верьте нашим словам, вы найдете в нем неукротимого врага и можете не искать с ним встречи, он сам прибудет сюда, не пройдет и полугода, ибо он задумал сам сделаться императором. Он говорит, что вы заняли престол великой неправдой, а что ранее все его предки, кроме отца его Утера, сидели императорами в Риме. И изо всех монархов, каких мы видели на свете, он – самый великий король, ибо мы видели на Новый год за его Круглым Столом девятерых королей и наилучшую рыцарскую дружину, какая существует на земле, ибо они всем взяли: и мудростью, и красноречием, и доблестью, и богатством. А потому, сэр, наш совет таков: собирайте своих людей и шлите во все концы своих владений королей и герцогов за подмогой, да пусть крепко стерегут Аллеманские горные проходы.
– К Пасхе, – сказал император, – я намерен вторгнуться в Аллеманию и оттуда во Францию и отобрать там его земли. Я приведу с собою генуэзских великанов, из коих один стоит ста рыцарей, а опасные проходы будут охраняться моими славными рыцарями.
И разослал император с посольствами своих старых и мудрых рыцарей – в Амбагию и Аррагию62, и в Александрию, и в Индию, и в Германию, – где протекает река Евфрат, и в Азию, и в Африку и Европу бескрайнюю, в Еретанию, Эламию и на Внешние Острова, в Аравию, в Египет, в Дамаск и в Дамиак – ко всем благородным герцогам и графам. И также к королю Кападокии, и к королю Тарса и Турции, Понтии и Памполии, и в земли пресвитера Иоанна63, и в Судан и Сирию. И от Нерона до Назарета, и от Греции до Галахии64, где сарацины были подданными Рима. И стали прибывать они в галеонах и галерах, и прибыл также король Кипра, и собрались греки в богатых облачениях, и с ними король Македонии, и короли и герцоги Калабрии и Каталонии, и король Португалии со многими тысячами испанцев.
Так собрались все короли и герцоги и благородные эмиры, всего шестнадцать монархов, и прибыли они в Рим, и с ними людей без числа. Узнав об их прибытии, император повелел снаряжать всех своих благородных римлян и всех воинов от Рима до Фландрии. И еще взял он с собою пятьдесят великанов, от диаволов рожденных, – их он оставил при своей персоне, дабы прорвать передние ряды Артурова войска; были же они так тяжелы, что кони не могли их носить. И вот со всем этим ужасным воинством двинулся Луций через Аллеманию, желая разорить земли Артура, которые тот со своими рыцарями завоевал в честном бою.
Прибыл Луций в Колонию, обложил там замок, захватил его в краткий срок и отдал своим сарацинам. И так в недолгом времени разорил Луций многие прекрасные земли, отвоеванные Артуром у могучего короля Клаудаса. Растянул Луций свое войско на шестьдесят миль, повелев всем сойтись к нему в Нормандию, в землю Константина. – И там, в Барфлете, все вы меня поджидайте, а я покуда предам разорению герцогство Бретонское.
Мы же теперь оставим Луция и поведем речь о короле Артуре, который повелел всем своим подданным и вассалам после Дня святого Гилария65 съехаться устроить парламент в Йорке, внутри городских стен. И на том парламенте решено было забрать все суда в стране66 и через пятнадцати дней быть всем наготове в Сандуиче.
– Сэры, – сказал Артур, – я задумал пройти путями войны и захватить императорский престол, который некогда принадлежал моим предкам. И об этом прошу вас высказывать ваши суждения, как велит вам честь.
Собрались на совет короли и рыцари, и решено было назначить двух правителей сэра Бодуина Бретонского, рыцаря старого и доблестнейшего, – для совета и порядка, и сына сэра Кадора Корнуэльского, который звался Константином и стал королем после смерти Артура67. И вот в присутствии всех лордов король поручил им попечение о своем королевстве – этим двум баронам и королеве Гвиневере.
И еще сэр Тристрам остался с королем Марком Корнуэльским ради любви Прекрасной Изольды, отчего весьма разгневался сэр Ланселот.
Королева же Гвиневера очень убивалась из-за предстоящего отъезда короля и всех лордов и наконец упала без чувств, и тогда ее дамы отнесли ее в ее покои.
И вот король призвал на всех Божье благословение и поручил свою королеву попечению сэра Константина и сэра Бодуина, а также и всю святую Англию, дабы правили по наилучшему своему разумению.
И когда король был уже на коне, так сказал он во всеуслышанье своим лордам:
– Если погибну я в этом походе, тебя, сэр Константин, объявляю я своим истинным наследником, ибо ты мой самый близкий родич, не считая отца твоего сэра Кадора, и потому, если я умру, я хочу, чтобы ты был коронован королем.
И тот же час пустился он со своими рыцарями в путь к Сандуичу, и там застали они на берегу почти всех рыцарей Круглого Стола готовыми к отплытию по воле короля.
