— Знай же, сэр рыцарь, — они отвечали, — мы не боимся назвать тебе наши имена, ибо мое имя — сэр Агравейн, а мое — сэр Гахерис, мы братья славного рыцаря сэра Гавейна и родные племянники королю Артуру!
— Хорошо, — сказал сэр Тристрам, — ради короля Артура я на этот раз вас отпущу. Но позор сэру Гавейну и вам, принадлежащим столь высокому роду, что о вас, четырех братьях, идет такая дурная молва: ибо вас считают величайшими убийцами и погубителями добрых рыцарей во всем королевстве Английском. И я слышал, что сэр Гавейн и вы, его братья, убили вчетвером рыцаря, который был получше любого из вас, имя же его — добрый рыцарь сэр Ламорак Уэльский. Милостью Божией, — сказал сэр Тристрам, — хотел бы я быть с ним рядом в его смертный час.
— Тогда и ты последовал бы за ним, сказал сэр Гахерис.
— Для этого, любезные рыцари, понадобилось бы куда больше доблестных рыцарей, чем сыщется в вашем роду.
И с тем сэр Тристрам расстался с ними и поехал к замку Веселой Стражи. А когда он уехал, они сели снова на коней, и один сказал другому:
— Догоним его и сквитаемся с ним за его любовь к сэру Ламораку.
Как сэр Тристрам поверг сэра Агравейна и сэра Гахериса, и как Прекрасная Изольда послала за сэром Динаданом
Вот нагоняют они сэра Тристрама, и сэр Агравейн ему кричит:
— Оборотись, рыцарь-предатель!
— Добро, — отвечал сэр Тристрам.
И с тем он обнажил меч свой и нанес сэру Агравейну такой удар но шлему, что тот без памяти свалился с лошади, а на голове у него зияла страшная рана. А он тогда оборотился против сэра Гахериса, и с такой силой обрушился на шлем его меч сэра Тристрама, что сэр Гахерис вывалился из седла.
Тогда сэр Тристрам возвратился в замок Веселой Стражи, а там спешился и снял доспехи. И рассказал сэр Тристрам Прекрасной Изольде обо всех своих приключениях, о каких вы уже слышали, и она, при имени сэра Динадана, сказала:
— Сэр, это не он ли сложил ту песню о короле Марке?
— Он самый, — отвечал сэр Тристрам, — ибо он лучший шутник и забавник, какого я знаю, и благородный боец, и добрый товарищ, и его обществом дорожат все славные рыцари.
— Увы, сэр, — сказала она, — мне жаль, что вы не привезли его с собою сюда.
— Нужды нет, — отвечал сэр Тристрам, — ведь он разъезжает по этой стране в поисках меня и потому не уедет, покуда со мною не встретится. — И еще сэр Тристрам рассказал Прекрасной Изольде о том, что сэр Динадан — противник всех влюбленных.
В это самое время явился туда паж и объявил сэру Тристраму, что в город прибыл странствующий рыцарь, носящий такие-то цвета и знаки на щите.
— Клянусь моей верой, это сэр Динадан, — сказал сэр Тристрам. — А потому, госпожа моя, вот что надлежит вам сделать: пошлите за ним, я же скроюсь. Вы тогда послушаете речи веселейшего из рыцарей, с каким вам случалось беседовать, и словеса несообразнейшие. Но прошу вас сердечно, окажите ему добрый прием.
И вот послала Изольда Прекрасная в город с приглашением сэру Динадану в замок отдохнуть в обществе дамы.
— С доброй охотою! — отвечал сэр Динадан.
И он сел на коня и въехал в ворота замка, а там спешился, и ему помогли снять доспехи и ввели его в залу.
Вышла туда к нему Прекрасная Изольда, и они приветствовали друг друга. А потом она спросила его, откуда он.
— Госпожа, — он ответил, — я принадлежу ко двору короля Артура и состою в рыцарях Круглого Стола. Имя же мое — сэр Динадан.
— А что делаете вы в наших краях? — спросила его Прекрасная Изольда.
— Правду сказать, госпожа, я разыскиваю сэра Тристрама, доброго рыцаря, ибо говорят, что он находится в здешних местах.
— Возможно, что и так, — сказала Изольда, — но мне об нем ничего не известно.
— Госпожа, — сказал тут сэр Динадан, — я дивлюсь на сэра Тристрама и на многих других подобных ему влюбленных. Что им за печаль так безумствовать и терять голову из-за женщины?
— Как так? — сказала Прекрасная Изольда. — Разве вы, странствующий рыцарь, не влюблены? Истинно, это стыдно, ведь и в самом деле, тот не заслуживает славы настоящего рыцаря, кто не вступает в поединок ради дамы.
— Боже меня упаси! — отвечал сэр Динадан. — Ведь радость любви так коротка, а горечь ее и все, что из нее потом проистекает, — это бедствия весьма длительные.
— А! — сказала Прекрасная Изольда, — никогда больше так не говорите, ведь здесь поблизости проезжал недавно добрый рыцарь сэр Блеоберис, который однажды бился за свою даму против трех рыцарей, и он завоевал ее на турнире у короля Нортумберландского. Это был благородный подвиг, — сказала Прекрасная Изольда.
— Воистину это так, — отвечал сэр Динадан, — я знаю его хорошо, он славный и благородный рыцарь и высокого роду, ведь в роду сэра Ланселота Озерного все — добрые рыцари.
— Я же вот о чем хочу вас просить, — сказала ему Изольда Прекрасная, — не согласитесь ли вы за меня сразиться с тремя рыцарями, которые чинят мне великое зло? Поскольку вы рыцарь короля Артура, я жду, что вы пойдете за меня на бой.
Тогда говорит сэр Динадан:
