Бросились тут они вооружаться, все, кто был в силах носить оружие, иные верхами, иные пеши, всего числом в шестьдесят человек. И, снарядившись, набросились яростно на сэра Паломида и сэра Сафира, громко крича так:
— Берегись, сэр Паломид, ибо ты узнан! По праву надлежит тебе умереть, ибо ты убил нашего господина, и потому не жди от нас иного приема — мы тебя убьем! Итак, защищайся!
Тогда сэр Паломид и сэр Сафир стали спиной друг к другу, и они нанесли своим врагам немало жестоких ударов, но много могучих ударов приняли и сами. Так бились они против двадцати рыцарей и сорока дворянских сынов и иоменов без малого два часа. Но под конец, как ни сопротивлялись сэр Паломид и сэр Сафир, они были побеждены, схвачены и брошены в крепкую темницу.
А через три дня предстали они пред судом из двенадцати рыцарей, и признали те сэра Паломида виновным, а сэра Сафира не виновным в смерти их господина. Когда же сэра Сафира освободили, то они с братом тяжко горевали. И было при их расставании высказано столько горьких жалоб, что и десятую их часть ни один рассказчик не смог бы передать.
— Любезный брат, не жалуйтесь более, — сказал сэр Паломид, — и не сокрушайтесь, ибо если суждено мне погибнуть позорной смертью, то я готов ее принять. Но знай я, что буду приговорен к такой смерти, я бы пал в бою, но не сдался.
И с тем уехал от него сэр Сафир, его брат, сокрушаясь столь горько, как никакой рыцарь на свете.
А наутро отрядили из замка двенадцать рыцарей препроводить сэра Паломида к отцу того рыцаря, которого он убил. И вот связали ему ноги под брюхом старой лошади и пустились с ним в путь к замку, что стоял на морском берегу и назывался замок Пилон. Там ждала сэра Паломида кара, ибо таков был их приговор.
Но они проезжали с сэром Паломидом неподалеку от замка Веселой Стражи, и как раз когда они ехали мимо, повстречался им один из рыцарей замка, и он узнал сэра Паломида. И когда он увидел, как сэра Паломида везут связанного верхом на дряхлой кобыле, он окликнул сэра Паломида и спросил, отчего его связали и куда везут.
— А, любезный рыцарь и друг, — отвечал сэр Паломид, это я еду навстречу моей смерти за то, что убил одного рыцаря на Турнире в Лонезепе. А если бы я не отъехал от господина моего сэра Тристрама, чего и не должно мне было делать, то теперь бы я твердо знал, что жизнь моя будет спасена. Но прошу вас, сэр рыцарь, передайте мой поклон господину моему сэру Тристраму и госпоже моей королеве Изольде и скажите им, что, если я в чем против них преступил, я прошу их прощения. И еще, заклинаю вас, передайте мой поклон господину моему королю Артуру и всем, кому можно, из дружины Круглого Стола.
Тут заплакал от жалости тот рыцарь, и пустился он в замок Веселой Стражи так быстро, как мог только бежать под ним конь. Приехав же, он спешился поспешно и вошел к сэру Тристраму и поведал ему все, что вы сейчас слышали. И, рассказывая, рыцарь тот плакал как безумный.
Как сэр Тристрам собрался ехать на выручку сэру Паломиду, но сэр Ланселот спас его еще до прибытия сэра Тристрама
Услышал сэр Тристрам о том, как сэр Паломид ехал навстречу своей погибели, опечалился он этим вестям и сказал:
— Как бы ни был я разгневан на него, все же я не допущу, чтобы он умер столь бесславной смертью, ибо он — настоящий, благородный рыцарь.
И вот потребовал сэр Тристрам свои доспехи, вооружившись, сел на коня и, взявши с собою двух оруженосцев, поскакал во весь опор через лес вдогонку за сэром Паломидом — он ехал ближней дорогой в замок Пилон, где сэр Паломид осужден был принять смерть.
А двенадцать рыцарей везли его перед собою, и повстречался им у ручья благородный рыцарь сэр Ланселот, который спешился, привязал к дереву коня и снял шлем, желая напиться ключевой воды. Лишь только увидел он на дороге отряд рыцарей, он снова надел свой шлем и пропустил их мимо; и увидел он сэра Паломида, бесславно связанного и увозимого на казнь.
— А, Иисусе! — сказал сэр Ланселот, — что за беда приключилась с ним, что его вот так везут на позорную смерть? Но клянусь Богом, — сказал сэр Ланселот, — позор мне будет, если я допущу, чтобы столь благородный рыцарь вот так погиб, и не помогу ему. А потому я заступлюсь за него, что бы там ни было, или же сам за него погибну!
И сэр Ланселот сел на коня, схватил в руку копье и поскакал вдогонку за двенадцатью рыцарями, увозившими сэра Паломида.
— Любезные рыцари! — крикнул он. — Куда везете вы этого рыцаря? Мне думается, не пристало ему ехать связанному.
А двенадцать рыцарей все вдруг поворотили коней и так отвечали сэру Ланселоту:
— Сэр рыцарь, послушайтесь нашего совета и не заботьтесь об этом рыцаре, ибо он заслужил смерть и к смерти присужден.
