Я смотрю на него — и поражаюсь. Он болен, это очевидно. Но я ему верю. Он действительно сделает все, что я ему прикажу. Решит любую проблему, разберется с любыми неприятностями. Он и правда был человеком, которому можно доверить всё.
- Перегил, - говорю я ему. - Помоги мне убить его. Не один. Вместе со мной. Бок о бок.
И Карлейн кивает.
- Просто скажите, когда.
- Я дам знать, - киваю я. - А пока… стань лучшим мужем для Эльрикель, чем был я. И заставь Мадам позабыть обо мне. Сделай так, чтобы она в тебя влюбилась.
И Карлейн склонил голову, давая понять, что приказ принят.
- И защищай Элеонор и Хейзела. Любой ценой.
- Даже ценой собственной жизни, - обещает он. - Можете не сомневаться во мне. Лишь дайте власть над всей стражей Айронхолла. Я хочу лично отбирать солдат и давать назначения.
- Считай, что ты теперь второй человек в Айронхолле. У тебя есть власть.
Не прошло и дня, как в городе случились значительные перемены. Он уволил почти всех, кто проживал в замке, и набрал людей из военной академии. Очень многие из тех, кто находился в числе моих доверенных, были отправлены на стены и в темницы в качестве стражи. Троих он и вовсе изгнал из города. Распустил сотню воинов, лишив их права называться стражей Айронхолла.
И, как оказалось, ни одно из его решений не оказалось ошибочным.
- Откуда он взялся? - спросила меня Кара, войдя в спальню перед сном. - Кто он такой?
- Верный слуга, - ответил я ей. Элеонор была рядом и сидела перед зеркалом, расчесывая волосы. - Я безоговорочно ему доверяю.
- Он слишком бесподобен. Во всем, - мы с Элеонор практически одновременно перевели на нее взгляд.
Кара вздрогнула и потупила взор.
- Неожиданно… - говорю я, не веря своим умозаключениям. - Неужели ты…
- Имею право, - гордо задрала она подбородок. - Ты уже не прикоснешься ко мне. И я это знаю. А он… мужчина видный. И с титулом теперь, и с неплохими внешними данными. С чувством стиля у него порядок, а скулы и подбородок… ну а в постели он и вовсе бог.
Элеонор смущенно отвернулась.
- Надеюсь, ты…
- Я не против, - говорю я ей. - Даже рад, что ты теперь не одинока.
- Правда, он женат, - говорит она, но не знаю, зачем. - Тот еще ловелас. Хотя вот что странно… он даже не смотрел на меня. До тех самых пор, пока ты не назначил его своим визирем со всеми полномочиями. И вдруг… такое внимание… женится на Эльрикель, подкатывает ко мне… да подкатывает так, Боже… я думала, что это я умею соблазнять.
Смотрю на нее, пытаясь не выдать своих мыслей.
- Ты попросил его быть со мной?
- Попросить своего визиря быть с той, что раньше была со мной?
- Звучит глупо, но…
- Никаких «но». Он зашел ко мне и спросил, что я к тебе чувствую. Сказал, что желает тебя. И спросил, не буду ли я против, если он приударит за тобой. С Эльрикель, да. Приказ мой. Но ты…
Она купилась. Я видел то облегчение, с каким она выдохнула из себя воздух. Кажется, она даже готовы была заплакать, но сдержалась. Она влюбилась. Карлейн выполнил свое обещание и сделал это. Не знаю, как именно у него это получается, но он может всё.
Она ушла, и Элеонор села ко мне на колени.
- Это был ты, - сказала она. - Ты сказал ему замутить с Карой.
- Я настолько предсказуем?
Элеонор поцеловала меня в губы, и я ощутил немыслимое расслабление. В ее объятиях я мякнул. Мог, наконец, сбросить то напряжение, в коем пребывал практически все дни напролет.
- Просто ход твоих мыслей понятен. А порыв благороден. Я поддерживаю это твое решение.
Стук в дверь.
- Это я, Ваше величество.
- Заходи, Карлейн.
Элеонор оставалась сидеть на мне. Она могла быть даже обнаженной при нем — я был уверен, что он даже не бросит на нее свой взгляд.
Но вошел он не один, а держа за шкварник некоего мужчину. Его глазницы были черны — из них сочилась кровь.
- Я выколол ему глаза. Пришлось, - говорит Карлейн. - Месяц назад я поймал одного убийцу, что был послан за Аквой. А этот вот… за Вами, граф.
И связанный мужчина падает на пол. Он предельно спокоен.
- И зачем ты приволок его сюда?
- Он говорит, что ему есть, что Вам сказать, - и пинает убийцу в живот.
- У нас та, кого ты знаешь, - говорит убийца. - И если ты не придешь один в указанное место, то мы убьем ее… Спенсер.
И убийца ухмыляется.
Мое имя неизвестно никому. Никому, кроме некоторых, коих единицы.
- А она убеждена, что ты придешь. Верит в это. Говорит, что ты любую цену за нее выплатишь. Лишь поэтому мы все еще не отдали ее работорговцам.
- О ком ты? - спрашиваю я, поднимаясь с постели. Очень медленно я иду к этому мужчине.
Он все еще улыбается.
- Она назвала себя Кармен.
- Мария Кармен Перейра Карденас, - говорю я Карлейну, пока двое юношей надевают на меня доспехи. - Она та, по ком я сходил свое время с ума, и о ком смел лишь мечтать. И также она та, с кем я лишился девственности.
Наблюдаю его незаинтересованный взгляд.
- Знаю, для тебя это ни о чем не говорит… но для молодых ребят из моего мира — это значило многое.
